Ассистент(ка) Его Темнейшества. Он - дракон!

Благо, дырки не было, пострадала лишь одежда и моя гордость, но о последней я пока не думала.

– Ой, простите! – услышала звонкий девичий голосок, и рядом присела на корточки девушка лет двадцати с длинной светлой косой, в которую были вплетены кусочки меха, перья и разноцветные ленточки. Платье незнакомки, наоборот, было совершенно невыразительным, однотонным и скучным, закрывающим стройную фигуру от шеи до пят. – Я вас не очень больно ударила?

– Не очень, – прохрипела я и попыталась улыбнуться.

– Спасибо, – смущённо зарделась она и, схватив косу, прижала к носу, будто пыталась скрыть алеющие щёки. Очень по-детски, поэтому я подумала, то ошиблась с возрастом девушки. – Папа говорил, что я очень способная!

– А вы…

– Хавена Эилли Вур, – сверкая глазами, представилась она и, протянув руку, помогла мне подняться. – Очень приятно познакомиться, хавен Крэу. Я слышала о вас много хорошего…

– Какая милая ложь, – хмыкнула я.

– Рада, что вам понравилось, – ещё сильнее засмущалась она, а потом заметила кота, прислушивающегося к нашей беседе.

– Нет, если будете действовать с той же экспрессией, – возразила я и, поморщившись, потёрла грудь.

– Вам всё ещё больно? – испугалась Эилли.

– Нет, но ощущение, что грудь будто сдулась…

– Ой, – она снова закрылась косой и виновато выглянула из-за неё: – Это всё из-заАитки! Она так гордилась своим размером, что я не выдержала.

Ага. Значит, девушки поспорили, кто на свете всех милее. И, как всегда, не сошлись во мнениях. Может, они выбирали, кто первым будет беременеть от Его Темнейшества? Или назначали старшую по женскому общежитию?

– Самую малость вспылила, – принимая моё молчание за осуждение, повинилась Эилли, – но немножечко промахнулась.

– Да нет, – я снова потёрла ноющее солнечное сплетение.

– Вы очень хорошо сложены, – практически побагровев, прошептала она и стрельнула глазками. – А вы как думаете?

– Если честно, внешность у меня так себе, – честно ответила я. – Мужчина должен быть мускулистым и напоминать скалу, а не изящную лозу.

– Я о себе, – пискнула она и, откинув косу, выпрямилась, демонстрируя фигурку.