Попаданка, открой свое сердце

Между этими двумя людьми что-то намечалось. Хант постоянно был рядом с Настей, уделял ей внимание, делал комплиментики и маленькие презентики — то букетик милых полевых цветов, то вкусный сочный фрукт подсунет, то отнимет «тяжелую» поклажу, чтобы она не тащила ее… Он постоянно оказывался рядом и окружал ее вниманием и заботой. Иногда даже чересчур.

Насте было безумно приятно вновь ощутить на себе все прелести ухаживаний, но она упорно держала дистанцию. Чего-то опасаясь и каждый раз приводя свои доводы, что здесь она ненадолго, а это всего лишь отпуск с приключениями.

Из задумчивого оцепенения и зачарованного созерцания успеха покорения «вершины» Хантом, Настю вывел резкий истошный крик.

Один из новобранцев упал с препятствия и истошно орал, катаясь по земле и держась за свою ногу.

— Идем. Посмотрим, может нужна помощь.

Девушка обежала кругом несколько замысловатых механических препятствий, прежде чем смогла добраться источника шума.

— Что случилось? — спросила она небольшую толпу людей, окружившего мужчину.

— Он хотел подставить своего соперника и получил, — презрительно фыркнул стоявший неподалеку Кит, — Вилма зачаровала полосу на случай таких вот «хитрецов», — добавил парень.

— Дай я посмотрю, что с тобой, — предложила свою помощь Настя.

Мужчина что-то неразборчиво пролепетал (судя по всему матерное, на одном из местных диалектов). Ну как так? Еще девка какая-то будет его смотреть!

— Как хочешь, пусть зарастает криво.

Мужчина стих, со страхом взглянул на Настю.

— Я посмотрю? — уже ласково переспросила девушка.

Арзенец лишь слегка кивнул.

Анастасия дотронулась до его распухшей ноги. Он вздрогнул и хотел было уже снова заорать, но Настя заговорила на шенге.

— Тише, тише… — мужчина опять притих, сидел, не шелохнувшись, завороженный.

Девушка медленно водила рукой по его ноге, играм.

— Тише, замри… — и она делает резкое движение руки, что-то вправляя.

Мужчина застыл с онемевшим криком от резкой боли.

— Тшшшш… — боль в его ноге стала стихать, так же как и все тише шипела, убаюкивая боль, Настя. Когда девушка смолкла, боль ушла.

— Теперь сможешь дойти даже до своего дома.