Попаданка, открой свое сердце

Настя слегка приобняла архивебра целительницу, но тут же отстранилась от нее. Стала говорить безразличным, ледяным тоном.

— Меня зовут Мирабель Сиорская, я нареченная королева Зиртана, Принцесса Аортензии и дочь славного короля Тита Мудрого.

Зименея слегка отстраняется от девушки, смотрит на нее удивленно.

— Мирабель? — лепечет сконфуженно, — С возвращением!

Холодная маска спокойствия на долю секунды слетает с лица Насти. Она вновь приобнимает Зименею и на ушко шепчет ей:

— Конечно, Мирабель, моя чешуйчатая прелесть, — потом она размыкает свои объятия и говорит уже совсем отстраненным, властным голосом, громко и четко, так чтобы и другие услышали, — Спасибо тебе, о Великая Черная змея, что сохранила жизнь в моем теле.

Девушка отходит от обескураженной Зи. Только один человек на Зиртане смел ее называть так — «моя чешуйчатая прелесть», — и это был Виланд.

К Анастасии подошли Хант и Рэм. Мужчины отвесили ей по поклону. Хант, поскольку подошел ближе всего к ней, еще галантно поцеловал ей ручку. Выпрямился и спросил в упор:

— А как же Нэс?

— Она с Виландом ушла в свой немагический мир, — сухо ответила Настя-Мирабель- Виланд.

Хант лишь хмыкнул, и еще раз отвесил ей поклон.

— Мое почтение, королева Мирабель, с возвращением на Зиртан.

Игра началась!

Настя с горделивым видом посмотрела вокруг.

— Не сопроводите ли вы меня в мои покои? Это возвращение забрало столько моих сил, я едва стою на ногах, — продолжила все тем же холодным тоном Настя.

— Конечно, ваше величество, — опомнился Рэм и предложил особе королевской крови свой локоть для опоры.

Он и проводил ее в свой дом, в ее уже знакомую спальню, где и оставил одну.

Едва девушка коснулась головой подушки, она провалилась в глубокий сон.

Вместо эпилога

— Виланд, Влад, что ты творишь!!! — закричала Настя, едва она заснула и ее сознание переключилось на сон.

Настя и Виланд вновь оказались в знакомой квартирке «однушке».

— Прости меня, Настенька… — сказал Виланд и плюхнулся перед ней на колени, — пусть я буду вечным твоим пленником, и ты никогда не станешь меня освобождать, но я не мог поступить иначе.

— Как ты мог, после того что, мы с тобой пережили, — успокоившись, с горечью сказала Настя.

Вид мужчины на коленях совсем отбил желание избить его, или хотя бы врезать ему звонкую отрезвляющую пощечину.

Переход действительно выдался тяжелым. И сделав буквально несколько шагов, Настя от бессилья потеряла сознание. Поэтому Виланд и «перехватил» бразды правления над телом Анастасии.