Владычица тьмы. Том 3

Лунные дети, которые изредка навещают нашу деревню, каждый раз чересчур неприветливы. За всё время никому из нас толком не удавалось побеседовать с заклинателями так же легко, как я делаю это сейчас. Мне всегда казалось, что адепты клана Ночи похожи на мрачные тени в жутком лесу, но в итоге вы ведёте себя даже лучше, чем адепты Луны, хоть и являетесь чужаками».

Авалон мог лишь насмешливо хмыкнуть в ответ на слова Вивиены. Он не знал, что ей сказать, ведь Аврора не являлась адептом клана Ночи, а он бы не стал тратить время на простую селянку, если бы не перевернувшийся с ног на голову мир.

Пока они стояли в пронзительной тишине, нарушаемой шуршанием подсолнечника, Авалон внезапно почувствовал накатившую усталость. Он повернул голову в сторону и, прикрыв рот ладонью, зевнул. Ощущения показались странными, ещё более странными казались чувства, которые он испытал; то была злость, ярость и жажда крови.

Авалон помрачнел. Его и без того острые черты лица стали совсем как лезвия. Янтарного цвета глаза потемнели, словно в небе погасло солнце, а губы превратились в тонкую бледную линию.

— Что-то случилось? – Вивиена обратила внимание на перемены в лице собеседника.

Авалон, казалось, не услышал её. В данный момент он всеми силами пытался понять, из чего произрастали странные чувства и откуда взялось ненавязчивое желание лечь спать?

— Мне нужно назад, – Найт развернулся в сторону двухэтажного дома — единственного во всей округе.

Вивиена настолько опешила, что не предприняла попытку нагнать тёмного господина. Она осталась у кромки поля в полнейшем недоумении.

Ноги Авалона сами унесли его в нужную сторону. Всё естество поддалось духовной связи, существовавшей между ним и Авророй.

Он знал, что что-то случилось. Аврора и до этого испытывала жажду крови, но Авалон не чувствовал её, значит, в данный момент с ней произошло нечто пугающее, то, из чего девушка не могла выбраться самостоятельно, потому сигнал о спасении поступил к нему.

Не раздумывая, Авалон влетел в дом и, миновав лестничный пролёт, оказался на втором этаже перед нужной дверью. Он тут же дёрнул за ручку и, толкнув дверь от себя — обомлел.

Взор упал на стройного мужчину в градиентных одеждах: синих сверху и белых снизу. Он стоял спиной к Авалону, его длинные платиновые волосы с явным голубым отливом достигали линии поясницы.