Остров ведьмочек

Будем сразу на практике, — возразила, продолжая выбирать подходящий куст.

Я, конечно, понимала, что рискую и влезаю в то, где совершенно ничего не соображаю. Но меня словно что-то толкало и подзуживало — попробуй. А вообще, я всегда была очень ответственным и предусмотрительным человеком, а здесь я ведьма.

— А яд ты не взяла, — не забыла упомянуть книга, — и три дня нужно кормить.

— Я и не собиралась это делать, — с усмешкой бросила я, — мне надо вырастить овощи для ведьмочек, а то скоро ветром унесёт, такие худющие.

— Я же сказала, нет таких заклинаний, — буркнула всезнайка.

— Будут… вот как ты думаешь, подходящий кустик?

— Может, тогда хоть подальше уйдёшь? Не ровен час, вырастишь дрянь какую

— Хм… здравое предложение, в лес?

— Давай, — тяжело вздохнул гримуар

— Нет, там растений много, как вырастут все и не выбраться, так и помру молодой и красивой.

— Кхм… — хмыкнула книга, но комментировать всё же не стала и правильно сделала.

— На берег идём, там травка маленькая растёт, вот её и вырастим.

— Идём, — снова тяжело вздохнул гримуар, — всё равно же сделаешь по-своему… ведьма.

— Оставлю здесь, — предупредила, подхватив корзинку в руки.

Пока шли к берегу моря, гримуар узнал от меня немало новых и интересных производных. Некоторые её возмущали, но многие восхищали.

— Надо страничку отдельную выделить и записать, — восторженно пищала всезнайка, — как ты сказала: «Греби ушами в камыши» и «Ондатра тоскливая».

— Угу, всё хватит, обратно не потащу, — прохрипела, падая на зелёную травку, — ты много ешь.

— Это знания.

— Всё равно не потащу, или уменьшайся, или вырасти себе ноги и топай сама.

— Ведьма

— Знаю, — лёжа на травке, я пыталась отдышаться, чуть сощурив глаза от яркого солнечного света, смотрела в небо, по которому медленно проплывали маленькие пушистые облака. Понимая, что той боли, что разъедала меня изнутри больше нет — исчезла. В теле появилась лёгкость, хотелось жить. Возможно, при перемещении вся боль, горечь и вина — стёрлись, остались лишь смутные воспоминания.

— Ты долго будешь валяться?

— Нет, — ответила, поднимаясь, — ну что приступим?

— А может, не надо?

— Надо, — уверенно произнесла я, всматриваясь в неровные строчки, — Kwa hisani ya raiamwema. Ni anasimama wazi. Nguvu shina na miiba. Huu ndio utetezi wake. Kama una rafiki mzuri. Yeye kupambana na mwisho.

— Не получилось? — спустя минут пять спросила книга, в её голосе слышалось сочувствие и капелька ехидства.