Переплести Судьбу

— Чуешь мои непреодолимые мужские флюиды, козочка? — откликнулся Танни.

— Чую, — Нея зевнула, — у меня от них рога чешутся. И жрать хочется.

— А я думаю, что ты просто…

Предчувствуя очередной обмен колкостями ниже пояса, я перебила альва:

— Тише вы там. Танни, не скачи так, ребенка уронишь. Что у вас за разговоры? И ты, Танни, всегда провоцируешь. Жениться тебе пора, Таннириэль… как там тебя… сын Лариэля, Высокородного Повелителя Огненных Чащоб.

— Я тоже так думаю, — покладисто согласился альв, проносясь мимо.

Танни остановился, стуча «копытами», и вызывающе обернулся на Нею. Та лениво удивилась:

— Вот как? Ах да, Огненные Чащобы. Вы всегда берете в жены горных фейри или песчанниц. Говорят даже, устраиваете целые представления, чтобы выбрать невесту. Хорошо, что я давно покинула свой род.

— И вправду! — Танни фыркнул. — Не дай Свет заполучить такую женушку.

— Это кому как, — Нея усмехнулась, что-то вспомнив, — спроси у эла Тимара, не желает ли он на мне жениться.

— Кузнеца?

— Кузнеца.

— Да ты его заколдовала, — с жаром принялся спорить Танни, — он же человек! Со мной бы такое не прошло!

— Он сам! Буду я еще чары тратить!

— Вы опять?! — взревела я. — Так, быстро во двор! Дождь закончился, погуляйте с Ареттой по дорожкам, ребенок второй день без свежего воздуха!

— Как будто воздух везде разный, — поморщилась Нея, нехотя поднявшись и начав плести косу. — Воздух везде одинаковый, и по мне, тут он гораздо лучше.

Сонный пикси уселся на голове у дриады. Когда эти четверо наконец ушли, я всмотрелась в лицо куклы. Эта уже четвертая. Еще две отправились в путешествие с Аланом и Оримой. Король сидов принял Воина Реки после недели просьб. В тот день в Холмы с Аланом пошла Рокка. Отец Диниэля дрогнул , когда пожилая элла повторила свое пророчество, и признался: сиды уже давно ждут прихода Короля Королей, ребенка-полукровки, рожденного человеческой женщиной.

Если так, Алан будет безутешен. Он очень спокойно принял известие о беременности старшей приемной дочери, больше ругал ее за то, что она не решалась рассказать правду и сгоряча дала обещание отдать себя во власть Леса. Когда Орима призналась, что ее застращала Абигэль, Алан выгнал гувернантку, выдав ей ее жалованье и повозку.