Красный цветок

– Знал, что рано или поздно ты обязательно явишься на защиту своего отродья. Жаль поздновато. Не думаешь?

Отец выхватил меч.

Рука Заколара, затянутая в белую перчатку, тоже со звоном выхватила шпагу из ножен. Сталь блеснула, как серебряная молния.

Шпаги скрестились. Лица противников дышали непримиримой злобой. Они бились молча, не произнося ни слова.

В первый момент перевес силы как будто был на стороне Санрэно. Он не переставал вертеть шпагой во все стороны, каждую минуту делая с десяток выпадов. Казалось, Заколар не выдержит взятого им темпа.

Отец нанёс Заколару три контрудара и все они достигли цели – из трёх ран на груди Заколара потекла кровь. Но торжествовать победу было рано. Подобных ран недостаточно для того, чтобы убить или хотя бы остановить Чеаррэ.

Разъярившись, Заколар бросился на Санрэно с удвоенным энтузиазмом.

Отец, поскользнувшись, невольно, всего на краткий миг взглянул вниз, себе под ноги, но и этого оказалось достаточно – шпага Заколара вошла ему в грудь наполовину длинны.

Заколар беспощадно дёрнул её на себя, вырывая из раны.

Отец, шатаясь, сделал три шага назад, затем повернулся кругом, одарив меня прощальным взглядом, полным горечи поражения.

Затем упал навзничь и больше не дышал.

На краткий миг мне показалось, что я вместе с ним падаю в глубокую тёмную яму. Переставая видеть и чувствовать.

А потом боль обернулась дикой яростью, желанием крушить, убивать, ломать. И начать я хотела с Заколара. Но заключённая в очередную клетку, где прутьями на этот раз выступали зелёные лучи, я ничего не могла сделать.

Возбуждённый, разъярённый, словно дикий зверь, мой враг повернулся ко мне.

Глядя в его пустые, серые глаза я процедила:

– Выпусти меня, трус! Дай хоть шанс сразиться, бесчестная тварь!

Он шагнул ко мне, держа шпагу наизготовку, намереваясь отправить меня следом за отцом.

Но дорогу ему заступили вновь.

– Ты не сделаешь этого, дядя.

– Нет? – протянул Заколар. – Уж ни ты ли мне в этом помешаешь?

– По крайней мере, я сделаю всё, от меня зависящее, чтобы помешать, – сказал Эллоиссент.

– Езё один шаг, и мы скрестим шпаги, – предупредил племянника дядя. – Не глупи. Тебе против меня не выстоять. Не становись на волосок от смерти, прошу тебя! Ради чего? Ты же едва знаешь эту девчонку, – процедил Заколар.

Эллоиссент покачал головой в знак несогласия.

У Заколара дёрнулась щека:

– Прочь с дороги! – бледность его была бледностью мертвеца.

Шпаги снова скрестились.