Красный цветок

– Ну вот мы и снова встретились, моя смертоносная куколка, – ухмыльнулся он.

Глава 22. Вечер при свечах

Миарон милостиво протянул мне фляжку с водой.

Не уверенная в том, что это не очередное унизительное издевательство, я с жадностью голодного зверька выхватила её у него из рук и отпрянула в спасительный угол. Поднеся к губам, ощутила благословенную влагу.

Даже чувствовать боль в горле было чистым удовольствием по сравнению с иссушающей жаждой, мучившей меня прежде.

Миарон скептически выгнул бровь:

– Хотел бы я сказать, что общение с Чеаррэ пошло тебе на пользу, но вот не могу.

Отерев рот ладонью, я молча вернула ему опустевшую фляжку.

– Помнишь наш последний разговор? – продолжил он. – Перед тем, как ты сбежала? А я ведь предупреждал, что одна ты не справишься. Но ты настояла на своём. Позволю себе спросить: ты довольна результатом?

Я упрямо молчала, глядя на пол и вжимаясь спиной в стену.

– Какой ты была непримиримой гордячкой! А сейчас? Только взгляни на себя? Королева Кошмаров!

Впервые на моей памяти голос Миарона сочился не сарказмом, а откровенной злостью.

– Ты, дерзкая, никчемная, совершенно безмозглая девчонка!

Отвернувшись, оборотень сделал несколько шагов туда-сюда, словно меряя комнату, явно пытаясь утихомирить бурю, бушующую у него в груди.

Когда он снова повернулся в мою сторону, его рот уже кривился в ухмылке, а голос приобрёл обычную кошачью мягкость:

– Ладно, куколка.

– Куда?

– В ванную, чумазая моя прелесть. Или ты имеешь что-то против?

Я ничего против не имела.

Темница, в которую меня поместил Заколар, не отличалась большими размерами. Миновав всего несколько зарешёченных дверей, мы очутились на свободе. Пройдя через длинный коридор я, вслед за Миароном, вошла в полупустую комнату.

За окном почти стемнело, а дополнительного освещения здесь не было. Но мне всё же удалось разглядеть мягкий диван, крытый коврами и подушками и смутно белеющие двери.

– Там, – указал Миарон, – спальня, гардеробная и ванна. Вымойся и переоденься. И ради себя же самой, не провоцируя меня глупыми выходками.

В следующую секунду я, не веря свои ушам, услышала, как звякнул замок и ненавистный ошейник спал с моей шеи.

– Не заставляй меня раскаиваться в моём хорошем к тебе отношении, Одиффэ. Договорились?

Я согласно кивнула. Буду паинькой.