Ёжик и Снежинка (Академия драконьих всадников)

Все четверо, не стесняясь, заржали.

– Правда? А в первые два раза сошло, – самодовольно сказал рослый детина, избавляясь от чар невидимости.

Следом появился четвёртый участник безобразия, тощий студиозус с козлиным голоском.

– Вы, наверное, просто забыли об этом, профессор.

– Но вы сами во всём виноваты, – с фальшивой жалостью произнёс кудрявый. – Если бы вы не назначили нам наказания за нерадивость в учёбе, то память вся целиком оставалась при вас. Ах, вы были бы довольны, зная, что заклятье, запечатывающее память, удаётся мне просто виртуозно.

Гениально и гадко. Зачем исправлять свои ошибки, если можно поймать несговорчивого препода и поковыряться у него в мозгах? Многие мои одногруппники мечтали бы о такой возможности, но как же на деле это мерзко!

Я вытянула шею в их сторону и зарычала так яростно, как только смогла. Звук получился что надо, точно бы испугалась до седых волосы, будь я всего лишь зрителем. На мою удачу, эффект вышел тоже зачётным.

– Чего тебе, тварь? Хлыста отведать захотелось?

И тут я дыхнула огнём. Специально промахнулась, чтобы никого не загубить, и этого хватило, чтобы дружки кудрявого задиры с паническими воплями разбежались.

– Трусы! – крикнул он и сам побежал, подгоняемый моим рыком.

Выдохнув дым сквозь ноздри, я повернулась к Дарнли. Безучастно он стоял на коленях и вид при этом имел довольно-таки жалкий.

– Полоумная девчонка, – он поднял на меня глаза, оставаясь на четвереньках. – Зачем ты меня спасла?

Глава 5. Перемирие

Я, конечно, не ожидала услышать слов благодарности, но это было неожиданно. Он что, не рад, что эти гоблины отстали от него?

Перед глазами вдруг потемнело, и дух захватило от резкого ощущения падения. В следующий момент я почувствовала коленками твёрдую землю и траву под ладонями.

Так! Я снова я. Совесть у кого-то проснулась?

Дарнли слегка подрагивал и безуспешно силился встать.

– Зачем? – повторил он.

– А что, надо было стоять и смотреть, как ты пропадаешь? Давай, не упрямься.

Резво вскочив, я помогла ему встать на ноги. Непростая это была задача – мало того, что мужчина оказался тяжёлым, его мышцы были напряжены и плохо двигались.