Глубокие Темные Волны

Под конец истории девушка была бледной, как полотно, не отнимала рук от лица и вообще выглядела нездоровой.

— Но ты же... справилась со всем? Ты же герой. Ты могла бы...

— Я не могла бы. Я едва спасла себя. Но я не должна быть твоим первым вариантом, Лурия, как ты этого не видишь? Почему ты не можешь обсудить с Ясхиллом это? Он друг герцога, и…

— Дело в свадьбе. По традиции я сейчас в... как бы в свадебном платье, в котором меня нельзя видеть. Но я так и не стала женой, мы не сыграли церемонию, и...

— Послушай меня, — Неста постаралась вложить в свой голос всю силу своего убеждения.

Лурия молчала, думая, но в итоге, шмыгнув носом, кивнула.

— Хорошо. Ты убедила меня. Герцог — мой муж и господин. Я буду послушна ему.

Неста имела в виду не это, и от слов девушки ей стало не по себе. Но, по крайней мере, она смогла не ввязать себя в чужие дела хотя бы в этот раз.

Покидая территорию замка, она вновь не могла не думать о Кисэйле. Ей нужно было его тепло, его компания, чтобы успокоиться. Он должен был знать об этом.

И Неста подозревала, где его искать.

У больницы было много людей — очень много. Слишком часто встречались те, чьи раны напоминали о когтях и клыках оскверненных. На каждом углу встречались усталые священники Трех, и найти дорогу было просто невозможно.

— Героиня!

Этот голос трудно было спутать с каким-либо другим. Эти золотые линейские глаза трудно было не узнать.

Культист сидел на каталке, строгий и изящный, с причесанной аккуратной бородкой и выражением превосходства на лице.

Неста замерла и развернулась, встречаясь с ним взглядом. Здесь, в толпе, она не могла с ним сражаться, и в черте города никто, кроме стражи, не носил оружия. Но как же взметнулась в ней злость!

— Гнусный, наглый культист.

— Меня устроит любое прозвище. Как я говорил, имена не имеют значения. Имена привязывают нас к этой жизни, в то время как за ее пределами гораздо больше богатств.

От одного звука его голоса Несту пробирала злость. Как он… как он вообще смел.

— И что ты делаешь в больнице? Ищешь себе еще сподвижников среди больных и увечных?

— Ответ гораздо проще. Ты всего лишь не хочешь его видеть, — он соскочил с каталки, высокий и длинный. — До встречи, героиня. Скорой... скорой встречи.

Прежде, чем она успела сказать что-то еще, он ушел. Словно растворился в толпе.