ПТУ для гоблинов, или Понтийский тактический университет

— У всей группы?

Из-за странного тона я невольно посмотрела на старшего группы, и по спине пробежали мурашки.

— В общем, да. Узоры для магии однозначно рисовать мне, с нанесением бальзама кто-то может и помочь. Так как там, на учениях?

— Мы показали прекрасные результаты, можете нами гордиться. Скоро следующие испытания.

— Ох…

— Ректор работает над тем, чтобы вы с нами в них не участвовали.

Мои пальцы погладили скулы, прошлись по щекам, скользнули к шее, где начал появляться одной мне ведомый рисунок.

— А как прошли ваши дни, магистр?

— Я сократила круг подозреваемых вдвое.

— Вы не должны заниматься поиском. Ваша задача помочь нам избежать отравления.

Я бросила взгляд на лицо Ревана — хмурится.

— Заблуждаетесь. Канцлер ясно дал понять, что ждет от меня результатов, мне и убийцу искать. По сути, в данной ситуации его действительно может вычислить только алхимик, жаль, что вы не хотите с этим согласиться.

Положив обе ладони ему на грудь, я продолжала наносить бальзам, пытаясь отделаться от мысли, что мои прикосновения похожи на ласки.

Губы Ревана были поджаты. Все-таки не клеятся у него отношения с отцом.

— Сегодня в разговоре Айсан упомянула ваших родителей и то, что с ними связано что-то интересное. С канцлером все понятно. Не будет ли вольностью спросить о вашей матушке?

— Нет. Моя мама одаренная, у нее сеть ресторанов в столице.

— «Пляски»? — вспомнила я любимое место.

— Точно.

Мои руки замерли на животе — я почувствовала, как напрягся Реван. Молча перетащив табуретку за спину гоблину, я принялась за спину. Если спереди гоблин прикрылся тканью, то сзади ничего не было.

Нервно сглотнув, я решила не думать о… Так! Не думать!

Начав наносить бальзам на спину, я, чтобы вновь отвлечься, спросила:

— А кто у вас бабушка?

— Обе, и со стороны отца, и со стороны матери, — одаренные. Одна ловит браконьеров в южных лесах, вторая живет в северной деревне и занимается садоводством.

— Оу…

Я начинала понимать, почему Айсан говорила про наследственность. Стукнув хвостом по ноге гоблина, чтобы немного подвинулся, я продолжила свое занятие.

— Почему вы так просто мне рассказываете о родственниках, Реван? Гоблины скрытный народ, если дело касается их семьи.

— Я сделал вам предложение.

— Ну, это же вы несерьезно, — отмахнулась я, втирая бальзам в бока и низ спины.

Тишина.

— Реван…

— Вполне серьезно.