Ведьма против дракона

Вскоре они подошли к рынку, заставленному рядами лавок с разными товарами от лепешек и сладостей, пахнущих медом и ароматными пряностями, до предметов обихода. Одним словом – восточный базар, на котором можно найти все, что могло понадобиться для жизни. Близилось время ужина. От тянувших от лавок ароматов у молодых людей текли слюнки.

– Мы можем продать нашего мула, а на вырученные деньги снять комнату на постоялом дворе, – предложил Карим.

На том и порешили, и пошли искать место, где торговали вьючными животными.

Позади них, там, где находилась лавка бакалейщика, начал собираться народ. С той стороны разносились на весь рынок душераздирающие крики. Дерек с Каримом подошли ближе. Высокий толстяк держал за ухо мальчишку и бил его широким кожаным ремнем вдоль спины. Тот кричал надрывно и громко звал на помощь.

– Что сделал этот мальчик? – спросил Дерек мужчину, стоящего рядом.

– Паренек украл у бакалейщика лепешку и теперь получит сполна. А потом для возмещения убытка его отдадут работорговцу.

– За лепешку в рабство? – удивился Дерек.

– Таков закон, – беспомощно развел руками мужчина.

– Сколько вам должен этот мальчик? – спросил у бакалейщика молодой дракон.

Торговец, прищурив глаза, посмотрел на молодого человека, словно пытался оценить его платежеспособность.

– Двадцать пять монет.

По толпе прокатился ропот возмущения.

– Если у тебя нет таких денег, парень, то проваливай. Работорговец даст мне за мальчишку хорошую цену, – проговорил толстый бакалейщик.

Дерек взглянул исподлобья и сквозь зубы процедил:

– Карим, дай мне двадцать пять монет.

– Но, Дерек, – возмущенно воскликнул тот. – У нас не останется денег, чтобы заплатить за ночлег.

Юный дракон в упор посмотрел на приятеля, тот тяжело вздохнул и протянул монеты.

Дерек отдал деньги бакалейщику и тот тут же отпустил мальчишку, который, почувствовав свободу, вывернулся и скрылся в толпе.

Толстяк громко рассмеялся и проговорил Дереку:

– Кажется, парень, это была не самая лучшая твоя сделка.

Поняв, что развлечение подошло к концу, толпа постепенно начала расходиться, оставив молодых людей стоять посреди улицы.

Карим тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой.

– На пять монет мы сможем только поесть, а вот ночевать нам придется на улице.