Три луны

Мужик гадко ухмыльнулся — если лёгкое подёргивание краешка губ можно считать ухмылкой — и бесстрастно поинтересовался:

— А вы когда врёте — всегда кончик носа чешете?

От ответа Ирму избавило появление новых клиентов и тут же раздавшийся телефонный звонок. Ну, почему они всегда одновременно?

Извинившись, схватила трубку — так и есть, Арина. Буркнув, что занята с клиентами и выслушав бодрое «сейчас буду», она повернулась к так и стоящей у дверей парочке. Ну, всё к одному — Марго со своим кавалером. Нет, чтобы одной придти, когда в офисе никого нет.

Слегка запаниковав, девушка напялила профессиональную улыбку и приветливо предложила:

— Присядьте на минутку, мы уже заканчиваем. Да, меня зовут Ирма, и я ...

Вредный мужик встал и даже слегка шаркнул ножной:

— Я не представился. Генрих. И мы уже закончили. Но если вдруг вы найдёте прохладное место на другом глобусе — звоните. Или пишите.

Положив на стол визитную карточку, он чётко развернулся и направился к выходу, мазнув неприязненным взглядом по явно помешавшей ему парочке.

Но благополучно уйти ему не удалось — прямо в дверях он столкнулся с запыхавшейся Ариной. Сначала она наступила Генриху на безупречные до этого мокасины, по очереди, сначала на правый, потом на левый. А попытавшись уклониться от него в узком дверном проёме, она на развороте ещё и задела несчастного по носу взметнувшейся косой.

На лице у Генриха появилось почти человеческое выражение удивления. Он ловко поймал кончик косы, чтобы она не попала по нему ещё раз, легонько дёрнул и тут же покаялся:

— Извините, не смог удержаться.

В жизни за такую богатую косу никого не таскал, у девчонок всё какие-то крысиные хвостики были.

Арина отняла у него косу, фыркнула и назидательно заявила:

— Из этого можно сделать только один вывод, — она не стала продолжать и направилась к своему столу.

Генрих заинтересовался:

— Странно. Я из произошедшего могу сделать не меньше десятка. Любопытно было бы ознакомиться с вашим.

Василиса пожала плечами и сухо ответила:

— Обоснованный и неоспоримый — только один.

Что вы были ребёнком.

Лицо у Генриха закаменело и он ответил ещё суше:

— Любимая женская привычка — делать выводы на основании недостаточных данных.

— Да неужели? Вы хотите сказать, что не были ребёнком?

— Не был. Я им притворялся.

Внимательно оглядев Арину, он продолжил:

— А вот у вас — явная привычка не смотреть куда идёте. И это до сих пор сходит вам с рук, потому что у вас есть коса, которую вы используете как оружие массового поражения.