Запутанные строки любви

Вот только с этим загвоздка: никакому Фоногеп я не поклонялась. Ни разу.

Но это только начало. По словам пекаря, избранный богом слышит голос и получает отметину в виде колец. После этого он или она совершает паломничество к башне, в которой сидит бог, и по пути обязательно совершает деяния, или проходит испытания, это я тоже не поняла. Когда избранный что-то успешно делает, то проявляется деталь узора. В сумме должно быть четыре деяния, чтобы сложился полноценный рисунок. В общем, когда избранный получает полный узор, он идёт к Фоногеп за наградой.

Вот только я тут причём?..

— Иша, это точно не воля твоего бога, — великан хмурится, — голосов я не слышала. Да и какие деяния я в принципе могу совершить? Пол помыть? Тесто замесить?..

Великан задумчиво трёт подбородок.

— Думай, девица. Хорошо думай. Божий воля дар, — он поднимает полотенце, под которым покоилось тесто на пирог и тыкает в него пальцем. — Хорошо старалась. Годный тесто. Сердце у тебя сахарный, — мурчит великан, хлопая меня по плечу.

Полчаса назад я бы медленно умирала от счастья, услышав похвалу, но сейчас не до этого. Небесной госпожой клянусь и близнецами в придачу, этого рисунка позавчера не было! И вообще, узор какой-то странный. Листья совершенно не сочетаются с цветами. Но дело не в этом.

— Иша, а... деянием может быть что угодно? — мысленно прокручиваю события двух дней. Странно, я не помню ничего необычного. Может быть такое, что таинственного бога радуют купания в море?

— Деяния часть твой путь, — задумчиво отвечает великан, качая головой.

Даже холодок по коже. Неужели всё, что сейчас происходит... бред. Не может быть такого! Только я могу управлять своей жизнью, и никакие боги, кроме небесной госпожи Эвины, не способны на меня влиять!

Чувствую, как огненная тяжесть снова смешивает мои мысли в бессвязный обрывочный поток.

— Иша, как понять, чего бог от тебя хочет?

— Говорит.

— Погоди, то есть бог прямо говорит, что от тебя хочет? — великан кивает, и я отчаянно хватаюсь за очередной обрывок догадки: — Ладно, а бог... ну... письмо может написать?

Иша бросает уборку и ставит чайник на плиту, попутно копаясь на верхней полке:

— Ай, совсем больной девица! Ничего, терпи малость.

От бессилия прячу горящее лицо в ладонях. Я же только нормально жить начала! Вот как... и откуда вообще?

Я больше ничего не понимаю.