Запутанные строки любви

Но стоит прикрыть глаза, как я моментально возвращаюсь на гладкий мрамор перед мастерской. Я повержена растаявшей конфетой, а на меня смотрят эти глубокие глаза, полные доброты и сочувствия. А дальше он спрыгивает с лошади, подает мне руку и ласково вытирает шоколадные пятна белоснежным платочком...

От реальности ощущений сердечко колотится, как сумасшедшее. Я открываю глаза, но воображение снова берет верх. Ох, как же глупо вышло! Во всех романах ясно написано: платок — признак особого расположения, а я его в мусорку.

Скорее всего, он глубоко обижен и не заберет мой портрет. Всё кончено, и я сама все испортила... Но этот взгляд! Как он на меня посмотрел!..

Эти четыре часа были самыми тяжелыми в моей жизни. Кажется, я испытала все эмоции на свете, от невероятного счастья до глубочайшего горя. Ох, если бы Эван нас не забрал, даже не знаю, дожила бы я до дома или нет.

А воображение стало еще нахальнее. Теперь вместо сцен нашей первой встречи оно перемешивало таинственного незнакомца с сюжетами романов.

Но самая дерзкая фантазия крутится в моей голове прямо сейчас. Я вытираю перемазанные шоколадом пальцы его белоснежным платком, затем отправляю в мусорку. В его взгляде читается нешуточное удивление, а потом он подхватывает меня за талию, ловким движением тянет на себя, и мы мчимся изо всех сил по заполненной экипажами улице...

— Маленькая леди, рот прикрой.

Эван с жужжанием крутит указательным пальцем перед моим лицом, а потом тыкает в лоб.

— Ой!.. Дурак!

— Леди Соламия, только послушайте, как эта маленькая нахалка разговаривает с главой семьи! — в бубнеже братца звучит неприкрытая обида. Миа отмахивается.

— Сами разбирайтесь.

— Хорошо-о-о... — Эван хищно потирает ладони, — я запрещаю леди Алите подниматься на крышу... неделю!

Для пущего устрашения он сопит и крутит глазами. Миа фыркает, а вот мне совсем не до смеха.

— Так нечестно!..

— Две недели. И если маленькая леди будет хотя бы заподозрена в подобной подлости, тогда... хм. Лита, помнишь констебля Марвина?

У сестрицы от упоминания этого имени аж лицо перекосило. И немудрено: пока Пит не ушел в матросы, этот жуткий человек был частым гостем в нашем доме.

— О, хорошо, что еще помнишь. Как думаешь, если он станет нашим зятем, Миа будет просто счастлива или в безудержном восторге?..

Сестрица закатывает глаза.