Жених, найди мне жениха

Но как только я приподняла голову, то наткнулась на взгляд Вирилия, который, нагнувшись к земле, рассматривал лицо Алека сбоку, будто пытался увидеть на солнечном свете его дыхание. Я тоже повернулась в сторону лица парня. И мне показалось, будто я увидела искажение воздушного пространства над ртом Алека, как бывает, если посмотреть на воздух вокруг огня.

Но рассмотреть подробно необычный феномен мне не удалось, потому что Вирилий вдруг резко придвинулся к Алеку, снова раскрыл его рот и нагнулся к нему носом, будто принюхиваясь.

А потом он вдруг вскочил на ноги, крикнув жене:

– Жив!

Оля встрепенулась, а я, не понимая, что происходит, даже рыдать прекратила.

– Как? – удивилась Оля.

– Он не дышит, и пульса нет, – заметила я жалобным голосом, но надежда во мне вспыхнула вновь, даже несмотря на все доказательства ее безнадежности.

– Он тлеет, но еще жив, – заявил Вирилий, поднимаясь на ноги и подхватывая Алека под мышки. – Надо затащить его в дом и переодеть в сухую одежду.

– Зачем? – никак не могла понять я, но на ноги тоже поднялась, начала помогать Дракону взвалить тело Алека ему на спину и, к своему удивлению, поняла, что тот очень тяжелый. Он весил не как нормальный мужчина, а намного больше, и самой мне оказалось трудно поднять даже его руку.

– Вася, не трогай. Надорвешься, – словно прочитав мои мысли, предупредила Оля, глядя на мужа, поднимающего Алека с земли.

– Надо его высушить, чтобы вода огонь не загасила, – тем временем пояснял для меня Вирилий, но я все равно ничего не понимала.

– Конечно, маловероятно, но, может, он все-таки выживет…

31. Не жалейте, девки, убогих!

Вирилий затащил тело Алека в башню. Оля с детьми бежали за ним, а я еле тащилась позади. И если тетя все охала и ахала, выспрашивая у мужа, что делать и как быть, дети были напуганы, то я смотрела на безвольно висящие ноги парня, которые бились о каждую ступеньку, и боролась со слезами и головокружением.

Не знаю, чем именно была вызвана моя всепоглощающая скорбь – тем, что смерть человека – это всегда угнетающе, или тем, то умер парень, ставший мне небезразличным, – но чувствовала я себя ужасно и с каждым шагом слабела. Правда, до того, как услышала:

– Может, в печь положим и огонь разведем? – предложила Оля, отчего у меня волосы на голове не встали дыбом только благодаря своей длине и немаленькому весу.