Жених, найди мне жениха

– Единоличники они, скупердяи и эгоисты!

– Не понимаю, – покачала я головой, пока Оля убирала пяльцы и нитки в сторону и выпутывала спящего сына из собственных волос.

– Да что тут непонятного? Ему надо, чтобы его Искра принадлежала только ему, и, соответственно, то, что она создает, должно принадлежать тоже только ему. Он даже к детям меня, бывает, ревнует. Когда родился Тема, не у меня была послеродовая хандра, а у Вири. Чуть не загнулся, бедненький. А все из-за того, что, видите ли, я стала обращать внимание не только на него.

– Женщина встала с кресла и устало вздохнула. – В общем, семейная жизнь разной бывает: и радостной, и, наоборот, очень тяжелой. Пойдем спать, Васюта. Что-то я устала.

Я на автомате добралась до приготовленной для меня постели и, не раздеваясь и не умываясь, легла, поглощенная собственными мыслями о рассказе Оли. Она хоть и выглядела на первый взгляд сельской дурочкой, мамашей-наседкой и женушкой-терпимицей, а оказалась намного глубже, чем я предполагала.

Да и этот ее рассказ про вышивки не давал мне покоя, потому что напоминал детское, капризное отношение Алека к моим собственным рисункам. Ведь он хоть и считал художников бездельниками, а все равно тащил все мои работы и обижался, когда я запретила ему трогать свой драгоценный альбом.

«Неужели и правда Дракон?» – думала я, засыпая и припоминая все странности, которые замечала за парнем за этот месяц.

А наутро я проснулась от крика, полного ужаса и отчаяния:

– Чудовище! – послышалось вдалеке.

Я подскочила на кровати и увидела, как мимо меня в одной ночной рубахе пробежала Ольга и выскочила на балкон. Крик снова повторился, и я узнала в нем голос Вирилия.

– Что?! – заорала Оля, перепуганная не меньше моего. Я поднялась с кровати, накинула на плечи шаль и тоже выглянула на улицу из-за спины женщины.

Уже светало, шторм утих, воздух был влажным и по-утреннему прохладным. Вирилий в человеческом обличье бежал к башне со всех ног, но, увидев жену, сбавил темп, подходя к башне уже спокойнее.

– Ты здесь? – задал он вопрос, не требующий ответа, жалобным голосом. Оля нахмурилась.

– А где мне еще быть рано утром?! – возмутилась она, уперев правую руку в бок. – А вот ты где шляешься?

– И девочки здесь? – спросил мужчина уже более спокойным голосом. Встревоженная Оля обернулась к комнате, проверяя детей.

– Здесь, – подтвердила она. – В чем дело?

Мужчина облегченно выдохнул и грузно опустился на скамью во дворе.