Под светом твоей звезды

На тренировках занимайся с Антаной, совпавшей с тобой по Лучу, а отдельно с Женевьевой, поскольку вы уже в достаточной степени настроились друг на друга. В остальном программой ваших занятий я доволен, пусть временные неудачи не пугают тебя.

Женя хмурилась, но подозрительно молчала.

- А Илаторн?

- Что будет потом? Вызвать эти лучи без пары невозможно? - спросила почти одновременно со мной Женевьева.

- Не думай об этом, дитя. По принуждению стать настоящей парой невозможно, а потому если этого не случится по велению сердца, мы просто будем искать другие пути.

- Ладно, - кивнула она как-то вяло.

- Ступай, дитя мое. Мои токи пока слишком тяжки для тебя. Ты не случайно оказалась здесь, Женевьева. Будь уверена, ты не чужая этому миру, а остальное придет со временем.

Женя удивила меня. Конечно, можно было списать ее покорность на плохое самочувствие от общения с Хранящим, но.

- Другого варианта ведь не существует? - спросил я, когда Женевьева закрыла за собой дверь.

- Варианты есть всегда, Тей, но наиболее благоприятный из них - исполнение вашей миссии Стражей. Я бы даже сказал, единственно благоприятный. В случае неудачи, мы, разумеется, прибегнем к экстренным мерам, но такой итог нежелателен.

- Неужели совсем ничего нельзя сделать?

- Почему же нельзя? Все идет так, как должно. И не смотри так скептически, - улыбнулся больше глазами, чем губами Сантан. - Необходимо, чтобы все шло своим естественным чередом.

Я хотел понять, силился принять и до конца поверить, но в голове упорно билась мысль: "Как можно оставлять все на волю случая?"

Не сомневаясь в способностях Хранящего, я почти наверняка знал, что все мои сомнения очевидны для него.

- Не строй заведомо неудачных исходов, смотри в будущее с надеждой, верь в победу и думай сердцем, Тей, - сказал он, и я понял, что на этом сегодняшняя аудиенция окончена. Мне же предстояло о многом подумать.

Женевьева

Еще несколько дней, последовавших за историей с падением в лесную яму и встречей с Хранящим, прошли спокойно. Даже ночные кошмары почти не беспокоили.