Лик короля.

А теперь? Выйти замуж за другого мужчину я не смогу. От моей чести ничего не осталось. Подумала, что могла бы бросить все, и посвятить себя только науке. Остаться одной... И тут же возразила себе, что тогда мне навсегда придется забыть одного человека. И на это моих сил уже не хватит.

Король сказал, не имеет значения. Но ведь есть камень судьбы, который может указать на то, что я не чиста. И что тогда? Позор на все королевство?

Да и могу ли я теперь доверять Олману? Точнее, Тэлману. Что если он пообещал одно, а в итоге королевой станет та же Самира, так как она более подходит.

На фоне всех этих моих размышлений я и поняла, в чем проблема, — у меня нет цели. Нет выбора. Не знаю, что делать.

Что если стану королевой? Это так неожиданно, я не думала об этом раньше, поэтому даже не могу себя представить в подобной роли и тем более сообразить, чем бы занялась.

Снег медленно падал на землю. Я пыталась вышить новые цветы, нервно дергая ленты.

Причиной волнения было, что Олман вновь не приходил с того самого дня. Я понимала, что это связано с его статусом, и часто будет повторяться. Но мысли о том, что глупо становиться королевой, лишь множились.

А потом я вспомнила жизнь мамы — отец часто был в разъездах — значит, дело не всегда в статусе.

В общем, меня распирало от нервов.

Марта какое-то время занималась на пианино, а потом ей захотелось прогуляться под снежинками, и она побежала переодеваться.

— Роза, — заглянула сестра, держа в руках теплый плащ, — может, ты все-таки скажешь, что случилось?

— Ты о чем? — не отрывала я глаз от вышивки.

— Ты другая, — все что смогла она сказать, — словно не здесь находишься… Это из-за хозяина замка?

— Вовсе нет, — улыбнулась, солгав, — просто я скучаю по отцу.

— Я тоже, — тихо шепчет, подходит и садится рядом. — Ты была права. Леон теперь даже не смотрит в мою сторону, — Марта шмыгнула носом.

— Дорогая, — касаюсь ее волос, — возможно, все не так, как ты думаешь.

— Нет, — отрицательно помотала она головой. — Наверное, он решил остановить свой выбор на Каире, она ведь призналась ему перед отъездом.

— Призналась? — удивилась я. — Но она ведь такая тихоня.

— Да. Может, во время их совместного пути что-то изменилось. Ведь я ни разу не говорила, что он мне нравится. А она сказала...

— Правильно сделала, первым должен признаваться мужчина.