Я бегу по снегу босиком

Девушка осторожно положила тонкую черную руку ему на колено. Глядя прямо в глаза. Они у нее были пронзительно-синими, что становилось видно лишь при прямом освещении. И Эрис умела этим пользоваться.

— Предлагаешь услуги? Так быстро? Я, конечно, высокого мнения о своих достоинствах, но был наслышан о зверском характере Черной пантеры. Кстати, зачем ты убила бастарда? Хороший мужик был, полезный. Золотая была голова.

— Много болтаешь ты, Аба. Давай сразу к делу. Я могу быть полезна. Во всех отношениях, в некоторых — еще и приятна, — ее рука медленно продвигалась от колена вверх, вызывая все более явную ухмылку на лице воплощения Преисподней.

Очень медленно, будто дразня. Он в ответ улыбался все шире, обнажая свой хищный оскал.

— Я задал вопрос, дорогая. Считай это квестом. И все же? — он положил свою руку поверх, останавливая Эрис в этих ее поползновениях.

— Он был мне не нужен.

— Пф! Отличный повод разделаться со всем человечеством, правда? И как я не понял? Давно раздражают.

— Он мешал, угрожал.

— Немного совсем так я сузил свой круг.

Мне все вечно мешают.

— Хорошо. Он принудил меня принести ему клятву на крови дракона. И Гесса я убила, закончив этот древний ритуал. Строго по плану, что он написал. Сама того не желая, как марионетка.

— Вот это мотивчик! Но, прости, я не верю. Сынишка, конечно, хотел осиротеть, но заставить содрогнуться весь мир? Сомневаюсь. Птица не того полета. Скажи, ты у нас ведь совсем не глупа. Он ведь тоже был лишь инструментом? Подумай.

Улыбка сползла с его губ, но руку убрал, словно приглашая продолжить.

Эрис плавным движением соскользнула со стула, усевшись прямо на пол у его ног. Мужчинам всех возрастов и эпох, всех рас и ипостасей нравится, когда женщина смотрит на них снизу вверх. Но, Дьявол, как же трудно совращать твое воплощение! Соблазнителен — невероятно. Инкубы³ в сравнении с ним — просто милые дети.

— Да. Служить им и дальше я совсем не желала. Долг мой был уплачен.

— Так много ты им задолжала? А впрочем... Я понял. Кто был заказчик, конечно, не знаешь? Это было бы просто.

— Не знаю. Я правда не знаю и не поняла. Разбирайтесь с этим сами.

Она расстегнула мужские штаны. Разве можно так долго противиться соблазну? Она просто женщина. Изголодавшаяся по любви, возбужденная танго. И подрезанная больнее, чем Гесс серпом Крона⁴ , словами Ладона: «За слабости нужно платить». Отомстит ему прямо сейчас, выметая из мыслей и тела несносного змея. Клин вышибается клином.

— Хорошо. Приступай, разрешаю.