Я бегу по снегу босиком

От одного вида самого предводителя всех светлых иных этого мира Клавдию мучительно захотелось поклониться. Он судорожно встал, сопровождаемый изумленными взглядами соседей по столу, и склонил голову.

Слегка нахмурившись, величественный Михаил отрицательно покачал головой, словно прося не акцентировать на нем внимание. Всесветлый был на балу инкогнито.

Кинув взгляд на сидевших рядом за столиком соседей, Клавдий понял, что для них присутствие на балу столь важных персон не стало неожиданностью.

Забавно. Он так погряз в делах оперативников, что совершенно выпал из высоких сфер.

Последнее дело с «Триглой», запутанное и до сих пор не раскрытое, массовые нападения на иных, произошедшее накануне в Гурзуфе — все это занимало его сейчас куда больше.

Кла снова злился. Вместо того, чтобы дежурить у кровати тяжело раненной дочери или утешать беременную жену, или поддерживать старшего сына, сражавшегося сейчас за жизнь его ребят, он сидит тут, взирая на расфуфыренных пустышек, и слушает глупости.

Судя по взгляду Ладона, совершенно ему не свойственному: ледяному, который не могла скрыть даже лучезарная улыбка дракона, подобное приходило в голову не одному Клавдию.

Но служба есть служба, инквизиторы — люди подневольные, и тут они не развлекались.

Что надумал вездесущий Сэм, об этом знают лишь Мойры² .

________________________________________________

¹ Гессер, Борис Игнатьевич Гес, Гэсэр, но представляется обычно, как Гессер. Глава «Светлого дозора» Москвы и всей России. В мифологии монгольских народов и народов Тибета, ниспосланный небом культурный герой — Сын Неба, небесный всадник, бог войны и царь-избранник, очищающий землю от чудовищ — демонов-мангусов.

Как первый человек, спустившийся с неба, Гэсэр восходит к добуддийской, бонской традиции. Инкартатор , Инфинити. Имморталис.

² Мойры — в древнегреческой мифологии богини судьбы.

5. И грянул Бал

“Любящий многих – знает женщин, любящий одну – познаёт любовь.” (Зигмунд Фрейд)

Нет, напрасно Клавдий снисходительно сравнивал этот бал с главным видом великосветского развлечения прошлых веков.

Современный бал блистал. Сияние улыбок сотен пар дебютантов, его открывавших, аура любви, блеск радости — все это буквально взорвало духоту майской ночи, оттесняя ее тревоги и сомнения. Это была ночь любви, танцующая и великолепная.

Прекрасные девушки и великолепные дамы, кавалеры, оттеняющие их смокингами и фраками, волшебство живой оркестровой музыки и сказочные звуки оперы. Время до полуночи пролетело как один миг.