Ученица рыцаря

Оно двигалось, перекатывалось из стороны в сторону, оставляя на стеклянной поверхности густые золотистые капли.

И в этом золоте что-то двигалось.

Моргнув, я снова посмотрела на башню, но ничего не поменялось. В золоте что-то плавало. Вытянутое тело, похожее на змеиное, крутилось за прозрачной преградой, то полностью исчезая, то снова сверкая чешуйчатым боком.

– В иллюзии всегда есть предмет, который выбивается из общей картины, – Эктор остановился прямо передо мной и застыл, заложив руки за спину. – Это ваше внутреннее чутье, ваша интуиция подсказывает вам, что мир вокруг нереальный.

Какие все-таки странные здесь задания.

Это больше похоже на квест по “поиску предметов” в какой-нибудь игре, чем на серьезное испытание. Вот только иллюзия с Русланом казалась мне очень даже серьезной. Настолько реальной, что даже от запаха его парфюма запершило в горле.

Тогда ваза с цветами показалась мне лишней, ведь Руслан никогда не дарил мне цветов.

Тем более роз.

Как-то так повелось.

И ваза, да еще и с розой – это прямо двойной удар по здоровенной красной кнопке с надписью: “Обман”.

Значит, и здесь должно быть что-то похожее.

Вот только Эктор упомянул, что будут использовать наши фантазии и мечты.

А как определить, что в мечте неправильно, если мечта в реальности никогда не существовала?

На то она и мечта, так ведь?

Когда нас подвели к гладкой стене башни, я поежилась от странного ощущения в позвоночнике.

Многие не выйдут отсюда. Или выйдут изломанными и изувеченными, их рассудок никогда не станет прежним. Их разум будет пережеван и уничтожен мороком.

Тяжело сглотнув, я повернула голову и увидела Микеля. Его рыжая шевелюра почти горела на солнце, а пытливый взгляд мазнул по мне без особого интереса, но задержался, сфокусировался – и через секунду мальчишка насмешливо мне подмигнул.

Как там его? Янош, кажется.

Возможно, он стоял где-то сзади.

Оставалось только верить, что в этом испытании не случится всяких неожиданностей, типа слияния иллюзий и проникновения одних участников в морок других.

Не хотелось бы снова оказаться с чужой кровью на руках.

И отвечать у столба за случайное убийство.