Тень Дракона

Могучее тело орба рухнуло туда, где еще мгновение назад лежал Уоросс.

Сначала ничего не происходило. Оруш казался массивной горой по сравнению с другими валяющимися вокруг орбами.

– Он мертв? – шепнула Арона.

Вместо ответа Коросс сжал ее ладонь.

Орб медленно поднял голову и вперил мутный взор на Уоросса. Из его рта стекала тонкая струйка слюны.

– На четвереньки, свинья, – скривившись, приказал Уоросс. – Оттащи трупы подальше от костра и сторожи.

Оруш бросился к первому трупу и с жаром вонзил в него зубы.

Уоросс, прихрамывая, подошел к Даоссе, которую уже осматривал Скульптор.

– Как моя кузина?

– Перелом бедра, сотрясение мозга, многочисленные гематомы, но внутренние органы, хвала Силе, не повреждены, – отчитался Скульптор о результатах своего осмотра. – Я погрузил ее в сон.

– Хорошо, – голос Уоросса был обманчиво спокойным. – Приступай к лечению. Я хочу, чтобы завтра кузина проснулась здоровой.

– Для этого мне понадобиться много Силы Осс.

Уоросс посмотрел туда, где сгрудились пленницы.

– Нет проблем. Сила будет, – пробормотал он.

– Уоросс, повреждения не опасны. Даосса со временем поправится без активного вмешательства, – вмешался Коросс.

Ему не нравилась мрачная одержимость, вспыхнувшая в глазах огневолосого.

– К Мраку «со временем». Моя кузина должна быть здорова сейчас, – прорычал Уоросс.

– Здесь нельзя пользоваться Силой.

– К Мраку запреты!

Лэппэл взял огневолосого за грудки и основательно встряхнул его.

– Ты – избалованный ребенок, а не правитель, – прошипел Лэппэл. – Либо берешь себя в руки, либо я выбиваю из тебя все твои жалкие петушачьи мозги. Здесь тебе не Кросс. Использование Силы нам всем грозит серьезными неприятностями.

– Моя кузина умирает!

– Ей пришлось не сладко, но не умрет. Ты слышал: раны не смертельны.

– Если бы это была твоя кузина, ты бы по-другому пел, митрилец.

Они уже кричали, сверкая пылающими ненавистью глазами.

Лэппэл первым взял себя в руки.

– Нам всем нужно успокоиться. Даосса уснула. Она ничего не чувствует, и ей ничего не угрожает. Мы все взбудоражены и устали. Сейчас приведем сюда лошадей, сожжем трупы и разобьем до утра лагерь. Уоросс, обещай мне, что до завтра ничего предпринимать не будешь. Или я буду вынужден тебя обезвредить.

Уоросс, прищурившись, посмотрел на митрильца.

– Обещаю.

Громкое сопение Оруша, вернувшегося за очередным трупом, заставило всех отвлечься.