Тень Дракона

– И в чем я заблуждаюсь?

Он бросил на траву свой плащ, предлагая присесть.

– Провидица была права, когда не хотела пускать меня на праздник. Я проклятая…

Он молчал, ожидая продолжения.

Арона всхлипнула, закрыв лицо руками:

– Я убийца. Не могу по-другому. Пытаюсь сдержаться, но не могу… Даже тем, кого люблю, приношу смерть. Я убила свою мать. Понимаешь, выпила ее – все воспоминания, мысли, знания… Оставила только оболочку, едва понимающую, кто она. А ее последняя мысль все равно была обо мне... А потом снова свершила убийство.

Тот старик-отшельник. Я приходила к нему снова и снова. Уговаривала себя, что буду очень осторожной, что буду давать ему время, чтобы восстановиться, и все же под конец не сдержалась…

– Твоя мать была правительницей, Арона, а ты – еще очень юна. Ты не могла вопреки ее желанию зажечь в ней Источник. Что же касается старика, думаю, мир не много потерял, лишившись маньяка-убийцы, – заметил Коросс. – Ты та, кто ты есть, и не можешь противиться собственной природе.

– А если я зажгла Источник у тебя… Там, в избушке… – прошептала Аросса. – И если снова хочу этого? Смотрю на тебя и постоянно хочу снова плавиться в этом пламени?

– И что ты забрала у меня? – напрягся Коросс.

– Твои детские воспоминания. Как мама склонялась над тобой и улыбалась. А ты отражался в ее глазах. Такой маленький и беззащитный…

– Понятно.

Ему стало больно и обидно одновременно. Он ведь должен был подумать об этом еще тогда, когда Арона рассказала о своей матери.

Но не подумал. Что же с ним такое происходит? Или вмешательство девушки в его душу все же гораздо сильнее, чем она говорит?

Коросс задумался, а девушка смотрела на него, словно ожидая смертельного приговора. Опасная, но и трогательно беззащитная одновременно. Луна играла в ее волосах, отражалась в глазах, касалась губ… Возможно, она никогда бы не осмелилась признаться в этом, если бы тогда в избушке, он первым не начал, выпив страх, который ей тогда внушал. Они просто совершили обмен.

Правда, не поставив об этом в известность друг друга.

– Я не могу тебя винить, – криво улыбнулся Коросс. – Мы с тобой одного поля ягоды. Правители поэтому так редко разрешают себе испытывать привязанность к кому-либо, кроме членов своей семьи. Это всегда чревато осложнениями.

– Тогда я, пожалуй, пойду, – поникла девушка.

Он промолчал, и Арона медленно побрела в сторону селения.

Чертыхнувшись, Коросс захватил свой плащ и догнал ее.