Тень Дракона

Митрилец кивнул, хитро прищурившись:

– Смею добавить, магическими обитателями. Ведь он и сам был не лишен магии, иначе бы клинок не засветился. А значит – ему нужна была подпитка. Для призраков его оружие слишком материально. Адские псы слишком быстры для него. Тогда кто остается?

Все взволнованно переглянулись.

– Ищущие, – озвучила общую мысль жрица. – Если так, то у нас появилось достойное оружие против них.

– А рога такую ценность представляют? – заинтересовался Шэрон.

– Ага. Вместе с черепушкой.

Можно сделать тебе шлем и водрузить на голову. Так сказать, узаконить ваши отношения с Донной, – фыркнул Уоросс, чье настроение портилось с каждой минутой.

Не обращая внимания на неловкую заминку, возникшую после этого выпада, Уоросс обратился к Лэппэлу. И каждое слово сочилось ядом:

– А не могли бы вы, наш уважаемый Белый Рыцарь, просветить, из какого источника черпаете свои уникальные знания об Ищущих, Ящере, Развоплотителе? Или скажете, что все сведения основаны на боевом опыте тридцатилетней давности?

– Или… – сдержанно кивнул Лэппэл.

– Тогда почему наши ветераны не знают и десятой части того, что знаешь ты? – взъярился огневолосый.

– Хватит, – не выдержал Коросс. – Твое поведение недостойно.

– Зато тебе достоинств не занимать, – вскинулся Уоросс. – Вскружил девочке голову, а теперь нос задрал? За весь сегодняшний вечер с ней ни словом, ни полусловом не обмолвился. Ну, конечно, зачем такому герою лишний раз вспоминать, как какая-то соплюха спасала ему жизнь….

Не расстраивайся, Арона, – обнял Уоросс за плечи поникшую девушку. – Возьмем тебя в Кросс, найдем тебе жениха хорошего и забудешь ты этого кишащего достоинствами красавчика…

Руки Коросса непроизвольно сжались в кулаки.

– Возвращаясь к вопросу Шэрона, – поспешил вмешаться в зарождающийся конфликт Лэппэл. – Я не думаю, чтобы рога можно использовать в качестве оружия. Уоросс прав. Они составляют единый монолит с черепной коробкой.

У нас нет под рукой инструментов, которые, могли бы их отделить. А прихватывать с собой и череп – это крайне обременительно и неудобно.

– Как вы думаете, он съедобен? – спросил Скульптор, решив рассмотреть военный трофей исключительно под гастрономическим углом зрения.

Его вопрос всех крайне заинтересовал. Жалкая похлебка лишь подавила голод, не принеся сытости. Мужчины переглянулись.

– Пока не попробуем, не узнаем, – принял решение Лэппэл.