Тень Дракона

– Цела? – встревоженно спросил он, помогая подняться.

Но девушка не ответила, уставившись ему за плечо. Около них распускались хищными звездами три медузы. Еще несколько таких же тварей, уцепившись щупальцами за край пропасти, вытягивали свои газообразные тела на площадку.

– Уходи, – приказал он Ароне, и, выхватив меч, шагнул навстречу тварям.

Но новые призраки, которые принес очередной порыв ветра, отрезали путь к спасению. И тогда из глубин души вновь рвануло наружу нечто темное и могучее.

– Со-оул-тшу орд дау корн! Кроч тоухи! – вырвались из его уст незнакомые слова.

Призраки отпрянули в испуге. Ветер стих, а темные тучи начали таять, точно куски грязного льда в теплой воде. В небе возникла черная точка, которая быстро превратилась в огромного ворона. Он закаркал, нарезая круги над месивом из людей, лошадей и призрачных медуз, и это карканье заставляло призраков съеживаться в студенистые комочки и скатываться в пропасть.

Когда все закончилось, Коросс огляделся.

Конь Уоросса бился в агонии с переломанным хребтом.

Сам огневолосый лежал, не подавая призраков жизни, а Скульптор старался привести его в чувство. Прислонившись к скале, Шэрон пытался успокоить Донну. Похоже, у нее была истерика. Коросс хотел подойти к ним, но его окликнул Скульптор:

– Господин Коросс, помогите.

Уоросс неважно выглядел. Его правая рука распухла, одежда на боку пропиталась кровью, но главное – он оказался почти полностью высушен медузами. Огневолосый не столько нуждался в лекарской помощи, сколько в магической подпитке.

И Коросс не сомневался, что правитель наверняка припрятал флакон-другой с Силой, от пары глотков которой Коросс и сам бы не отказался. При мысли об этом рот наполнился слюной. Призраки успели хорошо хлебнуть Силы и из него.

Коросс посмотрел на бледную Арону, напряженно следящую за каждым его движением; на Шэрона, бережно обнявшего Донну; на уцелевших лошадей.

– Шэрон, бери девушек и уезжай, а мы со Скульптором попробуем переправить Уоросса.

Шэрон послушно кивнул, помогая Донне забраться на свою лошадь.

Но Арона даже не шевельнулась.

– Я не поеду без тебя, – заявила она.

Коросс, прищурив глаза, недобро уставился на упрямицу. У него не было ни сил, ни желания сейчас ввязываться в ненужные пререкания.

– Уезжай. Когда мне понадобится Источник, я тебя призову, – процедил он, чувствуя, как все сильнее разрывается голова от боли.

Девушка обиженно всхлипнула и, запрыгнув на коня, со всех сил ударила его в бока.