Я не вернусь

– Позже поговорим о том, что ты здесь устроила. 

Босая (потому что сапожки в песке, а Канан принес, как и просили, только одежду), без оружия, чувствовала себя все равно, что раздетая. Хорошо, что в тунику вшиты металлические пластины. 

Снова сижу на коленях моего князя. Махшин в этот момент грубо тискал одну из своих рабынь, а та находилась в экстазе, попискивала от наслаждения, ее глаза были затуманены. 

«Не смотри на них», строго говорит Кир. 

«Что с ней происходит?», все же поинтересовалась я, но отвернулась.

«Действие магии», все-таки отвечает князь, «она не может себя контролировать, хочет угодить хозяину».

«Я так же жалко выглядела?», вспоминаю, как мне хотелось доставить удовольствие Киру. 

«Ты? Нет, ты сопротивлялась», на эти слова поворачиваюсь к Киру, чтобы понять, говорит ли он правду. Не шутит.

«А как же тогда, в спальне?»

«Я специально воздействовал на тебя, чтобы проверить твои пределы», у меня отвисает челюсть. Да, Кир не воспользовался моим состоянием, как это делает сейчас Махшин.

С арены наконец-то убрали тушу убитой мной змеи. Выходит воин Махшина и ждет, когда его хозяин даст отмашку к началу поединка, но тот слишком занят со своими рабынями. Совершенно верно: его ублажают уже обе, их вздохи слышны всем присутствующим.

Кир перехватывает меня и разворачивает спиной к стонам. 

«Заботишься о моих нравственности и целомудрии?», не могу не съязвить. 

«О, Создатель! Ты действительно не понимаешь!», он сокрушенно выдыхает, «ты понравилась дяде, если бы ты не была моей невестой, то сидела бы сейчас на месте тех рабынь», от его слов внутри меня все холодеет и становится противно. «А еще он видел тебя практически голой вчера и когда мы целовались недавно. Не провоцируй его». 

«Можно подумать, что он меня украдет и снимет печать».

«Если он найдет достаточно сильного мага, то так и сделает. Мы с тобой не пара, поэтому сильная магия может это сделать». 

После этих слов чувствую себя совсем раздетой и почему-то жалкой. Кир как-то чувствует мое настроение и обнимает крепче. 

 «Обещаю, что ты вернешься в Илиар целой и невредимой. А потом я тебя отпущу».

Мне становится совсем печально и одиноко, но его слова отрезвили.