Жена напоказ - 2

Ренельд вдруг вспомнил о том листке со знаками, что так и лежал у него в нагрудном кармане с утра. Само по себе это случиться не могло — вдруг. Как подарок судьбы. И отчего-то казалось, что такой странный эффект обязательно должен быть связан с Мариэттой.

Ренельд тихо вздохнул, чуть ослабляя контур ауры. Протянул лёгкие потоки силы к графинюшке — найти хоть какой-то след, что навёл бы на правильные мысли. В голову ударило пьяной волной заклятия, что опутывало её всю. Пронизывало, кажется, каждую частичку её тела.

Это, признаться, значительно усложняло исследование.

“Рен, — заговорщически буркнул шинакорн. — Я тут уже пошуршал… Помнишь, я говорил, что твоя аура как будто стала “дырявой”? Там, в лавке ювелира. Так вот это как раз были следы ауры мадам Конфетки. И знаки, которые ты видел...”

— Это её память. Тёмная энергия, собранная в части заклинания, оставила отпечатки на её ауре. А она передала их мне, обернув в свою силу, — закончил мысль Ренельд. — В момент поцелуя.

“Знаешь, раньше я думал, что это бесполезные лизания.

Все эти ваши поцелуи, — едко проговорил шинакорн. — А теперь понимаю, что и от них есть толк”.

— Сегодня у вас с мадам д’Амран прямо день открытий, — сухо резюмировал Ренельд.

Потому как воспоминания о почти невинной близости с несносной вдовушкой, которая ещё и сидит напротив в тесноватом экипаже, — это, оказывается, то ещё испытание.

К счастью, дорога через плотно забитый центр города закончилась — и за окном рыжиной на солнце сверкнули стены главного корпуса Санктура.

— Как вы думаете, куда она могла пойти? — Ввыйдя из кареты, Мариэтта подняла взгляд к его шпилю.

— Думаю, стоит начать с её кафедры.

Вместе они вошли в чуть промозглое нутро Академии. Кажется, эти толстые стены вообще никогда до конца не прогревались. Дальше Ренельд провёл графинюшку до кафедры Магической ботаники — кто-то ведь должен там быть?

Оказалось, лишь секретарь декана в совершенно пустом кабинете перебирал какие-то бумаги и раскладывал их по папкам.

Это вдумчивое занятие так увлекло его, что он не сразу заметил, что кто-то вошёл. И потому вздрогнул, когда прямо перед ним возникла любопытная морда Лабьета. А затем уже поднял взгляд на Ренельда и Мари, что держалась чуть позади, за его плечом.

— Добрый день, месье!

— Ваша светлость. — Мужчина выпрямился, забыв положить в папку лист, что держал в руках. — Чему обязан?

— Нет, вы лично мне не нужны. — Ренельд улыбнулся.