Тёмная Вестница

Но попробовать хотелось, причём прямо сейчас, так что я потянулась взять, от чего Алан вдруг прищурил один глаз и шёпотом спросил:

— А тебе есть восемнадцать?

Я опустила руку и изобразила укоризненный взгляд:

— Целых почти двадцать один.

Он улыбнулся с облегчением и опять протянул книгу, но опять задумался и нахмурился, глянул в окно:

— А мы где? Мы на Грани Эль, здесь совершеннолетие наступает... в двадцать, да?

— Это на другой, на нашей в двадцать один, — педантично подняла палец я, — в Альянсе две Грани Эль, одна с мягкой «л», другая с полумягкой, их постоянно путают из-за этого.

Не путай, не беси эльфов, — я шутливо погрозила ему пальцем, он изобразил, что убоялся и преисполнился, но книгу не отдал. Я указала на неё взглядом, он замотал головой:

— Ты сказала «почти» двадцать один, «почти» не считается!

— Давай книгу, — возмутилась я, он рассмеялся и прижал её к себе крепче:

— Нет-нет-нет, тебе это нельзя читать, это книга для взрослых. А тебя, малыш, это может травмировать. А виноват буду я. И ты подашь на меня в суд.

— Он сутулился и изображал такую грусть, как будто я уже подала, я пыталась не смеяться. Он поднял глаза и хитренько шепнул: — Или не подашь?

Я улыбнулась, он протянул мне книгу, я взяла и ответила:

— Я посмотрю на твоё поведение и подумаю.

Он поражённо раскрыл рот и хлопнул себя по лбу, простонал:

— Да что же я так прокалываюсь второй раз?! Сначала имя настоящее сказал, теперь под статью сам себя подвёл! Всё, я в твоих руках, — он повесил голову и протянул обе руки, как будто для надевания наручников, я хихикала, он поднял голову и игриво шепнул: — Нравится иметь раба?

— Пока нравится, — я улыбалась и смотрела, как солнце играет в его волосах и на оправе очков, стёкла давали странные фиолетовые блики, они лежали на коже фантастической боевой раскраской из неведомых миров, мне нравилось иметь раба, мне он нравился в любом качестве.

Алан сел ровно и улыбнулся без иронии, снял очки и потёр глаза, тихо сказал:

— Читай, не стесняйся, из меня всё равно сейчас не очень хороший собеседник.

Я доем и лягу, если ты не против, устал ужасно, это у меня третья пересадка, а ночью будет четвёртая, так что надо хоть чуть-чуть поспать.

— Ого, откуда ты так долго едешь?

Он махнул рукой и надел очки, вздохнул:

— Долго рассказывать, а ехать ещё дольше. И таких комфортных вагонов в маршруте пока не было, и уже не будет, так что надо пользоваться, пока есть возможность. Доедай, — он кивнул на булочки и джем, — они вкусные, пока горячие.