Истинная в цепях, или Мы ещё поспорим, кто из нас попал!

Передо мной в десятках километров внизу простиралась долина. В небо, пронзая пушистые облака, поднимались скалы, горы и необычайно высокие деревья. Среди них с громкими криками носились птицы и другие драконы. Только моему новому знакомому не удалось мне ничего доказать. Такой пейзаж можно увидеть разве что в фэнтезийных фильмах, на артах, но никак не в реальной жизни.

— Вон аспиды, воздушные ящеры. Они не умеют обращаться, но тоже наши дальние родичи. Почти драконы же. А ты говоришь, не существуют. 

— Это невозможно.

Драконы, такие высокие деревья. И людей не утягивает в зеркало из ванной.

Я, скорее, пыталась убедить себя, потому что кое в чём дракон был прав, происходящее слишком реально. Сны же, они всё равно расплывчатые, а тут я даже ощущаю полученные при перемещении синяки, хватку на талии, несвежее дыхание дракона. И почему-то совсем некстати вспомнилось признание Никиты.

«Марина, я богатырь»

— Я умерла, да? — уточнила расстроенно.

Выходит, жизнь после смерти всё же существует, но как же обидно умирать.

А мама с папой, а сестрёнка? Как же они теперь?

— И точно глупая, — дракон откровенно закатил глаза.

Оказалось, что при свете солнца они не полностью золотые, а всё же пересечены чёрным узким зрачком. И лишь в темноте светятся.

— Ты жива. Цепь мне даровал лесной царь. Она привела тебя ко мне, — теперь он пояснял происходящее будто ребёнку. — Это сильная магия. Она перенесла тебя. Ты не умерла, это всё реально.

— Хорошо, — сдержанно кивнула я. — Предположим, я верю.

Что мне ещё остаётся? Происходящее не спешит развеиваться, а его реальность сталкивает с необходимостью мириться с происходящим и подчиняться новым обстоятельствам. Если даже это глюк и послесмертие, тут всё очень даже ощутимо. Не хотелось бы снова чувствовать боль и ужас.

— Хоть что-то, — пробурчал дракон.

— Тогда выходит, я здесь по твоей вине. Зачем тебе подарили эту цепь? Почему притянуло меня?

— Ты обязана помочь мне снять проклятие с моего дома, — заявил этот несносный ящер.

— Это великая честь стать освободителем властелинов неба, драконов. В награду я на тебе женюсь, — и он горделиво выпятил грудь, судя по всему, ожидая моих аплодисментов и громких слов благодарности.

Секунду я смотрела на дракона, а потом громко расхохоталась. Умеет же… Но ему удалось помочь мне окончательно прийти в себя.

— Шутка удалась, спасибо. Я успокоилась. А теперь правду.

Дракон чертыхнулся, оскорблённо приоткрыв пасть, напичканную острыми зубами.