Архимаг ее сердца

Быть представителем гильдии при короле, да еще и входить в магический совет – это лакомый кусочек. Желающих на мое место всегда было много, но до определенного момента я справлялась. Даже смешно, считала себя неуязвимой. А вон оно как повернулось.

Ее голос сорвался, и Энола отвернулась. Выглядела она так жалко, что на миг захотелось ее обнять за плечи, погладить по спине и сказать, что все будет хорошо. Они справятся. Но Мариус понимал, что не имеет никакого права обнимать Дампи, хотя бы потому, что она принадлежала другому мужчине, а сам он, как ни крути, другой женщине.

Поэтому он осторожно коснулся ее локтя и сказал:

- Идемте на кухню, Энола. Там еще сладости есть, если их Лива еще не съела. Ну и кофе.

Дампи фыркнула, покосилась на него, а Мариус в который раз подумал, какой у этой женщины острый рысий взгляд.

- Какой там кофе, ниат Эльдор. Шли бы вы в кровать… А ближе к вечеру я жду вас в новой лаборатории.

- В новой? – Мариус удивленно моргнул.

- Ну конечно, в новой. Я имела наглость занять ваш подвал.

Ну, в самом деле, вы же не думаете, что я до полудня валялась в кровати? Я много чего успела сделать.

Мариус не стал спорить. Он просто пошел к себе, забрался под одеяло и, на удивление довольно быстро заснул. А когда снова открыл глаза, за окном стемнело, и все освещение спальни составляла маленькая корзинка с лайтерами. Он еще немного полежал под одеялом. Мысли текли медленно и лениво, словно равнинная река. Кому было выгодно так подставить Дампи? Почему Фаэр выглядел изрядно перепуганным? Если боится, что заговор будет раскрыт, зачем все это говорил ему, Мариусу? Или вовсе не угроза раскрытия заговора так его напугала? Но тогда что? И, наконец, на ком собрался жениться Флодрет? Чьей дочурке так повезло?

Мариус прислушался.

Где-то внизу дома раздавались голоса, кажется, о чем-то спорили Аманда и Бертран. За окном, грохоча колесами по булыжникам, прокатилась повозка.

Вставать не хотелось. Лучше было бы спать, и в снах видеть Альку. Но Мариус все ж таки сел на постели, припоминая, что Энола его звала в лабораторию.

Напротив, на стене, висело зеркало – и в неверном золотистом свете лайтеров Мариус видел самого себя, бледного, уставшего, недовольного…

Взъерошил коротко стриженные волосы.

Еще раз глянул на себя в зеркало.

Сунул босые ступни в мягкие домашние туфли.

Как же не хватает Альки, чтоб рядом, чтоб ощущать тепло ее тела, такого близкого и родного…

Но он даже думать о ней не должен.