Неправильный талисман

Мне нравился его лёгкий характер и даже своеобразное чувство юмора. Вот только через неделю мы расстанемся и больше не встретимся — слишком разные у нас пути. Наверное, я даже буду по нему скучать.

Мои размышления прервал вышедший из душа сосед по кровати.

— Собирайся. Сегодня нас ждут ипподром и бега,— по утрам он всегда просыпался злым, но к завтраку отходил. Особенность натуры у него, наверное, такая. Я пожала плечами и удалилась совершать утренний моцион.

Где мы только ни побывали за это время: и в музее, и в казино, и вообще во всех злачных местах Анилеи… кроме оперы.

Бега начинались с утра, поэтому сразу после завтрака мы всей толпой выдвигались в очередное место скопление анилейцев. Надо признаться, что всё это мне надоело, и если бы не Северьян, я давно впала бы в уныние, но он всегда находил правильные слова поддержки, да и к рукам его я уже привыкла. Честно говоря, мне даже нравилось просыпаться в его объятьях, только он об этом не узнает.

На ипподроме было настоящее столпотворение. Тут действительно можно незаметно встретиться с кем угодно, поэтому мы оторвались от нашей группы и ушли делать ставки. Заняв очередь в одно из окошек, я с интересом разглядывала толпу, как вдруг мой взгляд наткнулся на подозрительного типа. Чернокожий носатый тролль скрывался под иллюзией не менее страшного на вид орка. Я поняла бы, если бы он эльфом прикинулся, а тут…

— Вон на том тролле иллюзия, — прошептала я, прильнув к Яну, ведь он-то иллюзий не видел.

— Отходим в сторону. — Напарник поправил мне прядь и прошептал в ухо. — Надо дать ему возможность к нам подобраться. Если это связной, конечно.

Мы стали пробираться сквозь толпу к выходу, а тролль пошёл за нами. Неужели он? Моё сердце забилось. Наконец, у выхода мы встретились.

— Прогнозисты обещали дожди. Вы захватили зонты?

Мы, не сговариваясь, выдали хором:

— Зонты всегда с нами! — тролль сморщился.

— Тс-с-с! — И он, сунув записку Яну в руки, растворился в толпе.

Ян развернул бумажку, в которой кроме адреса и времени больше ничего не было. Как только послание было прочитано, бумага самоуничтожилась и превратилась в пепел.

— Запомнил?

— Конечно. Видишь, а ты волновалась. Я же говорил, что всё будет хорошо.

— Да уж, но всё равно волнуюсь я что-то. Успокоюсь только, когда бумаги будут у нас.

— Перестань. Пойдём, сделаем ставки и присоединимся к Велу и остальным.