Дорогами Пустоши

Наверняка решила, что и сама могла съесть отраву.

Увы, осмотр кухни ничего не дал. Хотя Бенита поостереглась бы есть шестидневный суп, покрывшийся тонкой серой пленкой. Худшее, что он мог вызвать – несварение, а никак не снотворный эффект.

Даяна встретила их в коридоре, вцепилась Квону в руку.

– Тьен детектив, это я принесла маме те конфеты, – как на духу выпалила девочка.

– А где ты их взяла?

– У дяди Петри. Он спал, а я подошла и взяла. Всего две штучки, себе и маме. Но мама не разрешила их съесть…– она всхлипнула и задрожала: – Вы меня теперь в тюрьму заберете? Я же воровка!

Детектив выдержал паузу, заставив девочку поволноваться, а Бениту – с трудом сохранить невозмутимое лицо.

– На первый раз прощаю. Смотри, больше так не делай! – погрозил малышке Квон, и Даяна быстро-быстро закивала. Сейчас она пообещала бы что угодно. – Ну всё, беги в комнату. И не переживай, мама поправится.

Стоило девочке скрыться в комнате, как напарники переглянулись. Бенита не ошиблась, конфеты действительно были из одной партии.

– Я доложу Форцу и затребую доступ в Пустошь, – хмуро сказал Квон. – Отравление Леоне, похоже, роковая случайность, а вот что касается Петри…

– Кто-то убрал свидетеля, – закончила за него Бенита.

– Или соучастника, если Петри разработал «красавицу» и стал больше не нужен, – поправил детектив. – Меня больше беспокоит тот факт, что тот, кто принес конфеты, достаточно хитер, чтобы обмануть алхимика и убить созданным им же наркотиком.

Бенита вздохнула. Второй визит вместо ответов еще больше всё запутал. Так или иначе, дело «спящей красавицы» обретало серьезный поворот.

***

У входа в управление пришлось притормозить: дорогу перекрыл экипаж. Старинный, не лишенный лоска кэб, запряженный парой отменных коней «в яблоках» и с дремавшим на козлах кучером в ливрее, невольно привлекал к себе внимание. Стражи оглядывались, но обходили препятствие стороной. У самого кэба стоял средних лет мужчина и внимательно разглядывал заходящих.

Бенита оказалась совершенно не готова его увидеть. Он сильно постарел, а может, это память сыграла дурную шутку? Девушка не помнила столько морщин на его лице, и виконт будто стал ниже ростом.

Мужчина тоже не бросался к служебному паромобилю, чтобы заключить дочь в теплые объятия, а безразлично мазнул взглядом.