По моему хотению

Мое слабое место они тоже довольно быстро просекли, о чем и напоминали мне при любом подходящем случае.

— Ну так что, — снова вклинился в мои мысли Тимон, — как лягушенцию будешь сегодня резать, вдоль или поперек? — и заржал, донельзя довольный своей шуткой. А я уж и не чаяла, когда же начнется урок.

— Матвеева! — Голос Марии Федоровны с трудом проник сквозь барьер из моих мрачных мыслей.

Я встала из-за парты и подошла к учительскому столу. В этот момент прозвенел звонок на урок. Преподаватель, поморщившись, переждала его пронзительную трель и попросила меня:

— Маша, раз ты у нас сегодня за дежурную, принеси, пожалуйста, из лаборантской на втором этаже четыре плаката по лабораторной работе номер тридцать пять.

И поскорее, а то не успеем за урок сделать.

Я кивнула и выскользнула за дверь. Так приятно было и легко пробежать по опустевшему и тихому коридору университета и буквально слететь по ступеням на этаж ниже. В лаборатории номер один я огляделась. На вбитых в стену трех гвоздях тяжелыми стопками висели картонные плакаты с картинками пояснений по различным практическим работам.

Все четыре плаката с лягушками оказались сверху. Сняв их с гвоздя, невольно задержала взгляд на рисунках, изображавших этапы препарирования озерной лягушки. И вдруг страх вернулся. Я не то что резать, я прикасаться к этим скользким тварям боюсь просто до умопомрачения! Но и не сдать эту работу я тоже не могу.

И тут я наконец решилась. Что не дали мне сделать в аудитории, нужно попробовать здесь, пока тихо и никто не отвлекает! Надеюсь, я не только материальное могу желать, но и нематериальное тоже! Так или иначе, не попробую — не узнаю.

Стоя зажмурившись посреди лаборантской и сжав побелевшими от напряжения пальцами плакаты, я пожелала перестать бояться лягушек, мышей, насекомых и вообще всех мелких тварей, которых раньше боялась.

Открыв глаза, прислушалась к изменениям внутри себя. Ничего особенного не заметила. Неужели не получилось?

Ой! Меня же преподаватель ждет! Я подхватилась и, хлопнув дверью, понеслась назад.

В кабинет биологии я влетела, запыхавшись, и увидела, что все уже получили «рабочий материал». Студенты, сжав в левой руке по лягушке, примеривались, как бы половчее снести бедной полголовы.

Я подошла к доске и принялась развешивать плакаты, пытаясь понять, что же я сейчас почувствовала, увидев страх всей своей жизни. А ничего! Я ничего не почувствовала! Мне не было ни страшно, ни противно.