По моему хотению

А еще подумала, что каким это образом он умудрился что-то видеть позади нас, если все время с меня глаз не спускал.

Телохранитель не посчитал нужным удостоить меня ответом, но, судя по его нахмуренным бровям, дело серьезное.

— Тарас, сделай-ка кружочек через дворы, попробуем сбросить с хвоста. — А потом мне: — Мария, позвони нотариусу, предупреди, что немного задержимся. Скажи, что в пробке застряли.

Я так и сделала, а потом, уцепившись за поручень над дверью, поучаствовала в подобии гонок по пересеченной местности.

Больше всего я боялась, что прямо перед нашей, нарушающей скоростной режим, машиной выскочит ребенок. Вовремя вспомнив о моей чудесной возможности, зажмурила глаза и пожелала, чтобы наш путь был свободен и чтобы преследующий автомобиль как можно скорее потерял нас из виду.

К счастью, мое пожелание никак в этот раз критично не отразилось на общей дорожной ситуации, и вскоре мы благополучно припарковались у конторы поверенного.

Игнат Мефодьевич встретил меня радушно, но в этот раз мне показалось, что старик был напряжен и словно бы витал в своих мыслях.

Но на мое предложение заехать в другой раз ответил отказом и предложил перейти к делу.

Я смущенно посетовала, что у меня скоро сессия и совершенно нет времени заниматься своим наследством, да и знаний, если честно, на это не хватает. И попросила нотариуса посоветовать мне порядочного и опытного специалиста по недвижимости, чтобы сдал обе мои квартиры в долгосрочную аренду. Но чтобы людей адекватных подобрал и договор аренды заключил, как положено.

Думала еще попросить посоветовать опытного управляющего для своего похоронного бизнеса, да засомневалась, что у него есть подобные на примете. Слишком уж специфическое дело мне досталось. Хотя, если подумать, то как раз нотариус — идеальный посредник между умершим и похоронным агентством. И все же я решила повременить.

Получив от Игната Мефодьевича заветный номер телефона, я, помявшись, попросила посоветовать мне и знакомого порядочного антиквара.

— Мария, простите меня за любопытство! Но вы уверены, что имеющиеся у вас вещи действительно настолько ценные, что могут заинтересовать антиквара?

Уверена, Игнат Мефодьевич! Мне от отца осталось три старинные броши и браслет. Об других припрятанных сокровищах я решила не говорить.

— А есть ли у вас что с собой? И можно ли мне взглянуть? — протянул ладонь нотариус, будучи уверенным, что и «есть», и «можно».

Я достала одну брошь и протянула старику.