По моему хотению

Зовут меня Копылов Игорь Аркадьевич.

- Очень приятно! – пискнула я положенную в таких случаях фразу.

Мужчина скептически смерил меня взглядом, словно сомневаясь в правдивости моего высказывания.

— Так, Мария, давайте, чтобы не терять зря время, я коротко расскажу, что мне известно о вас, а вы мне подтвердите это или опровергните. Хорошо?

Я кивнула.

Дальше Игорь Аркадьевич очень сжато изложил мою биографию и испытующе на меня посмотрел.

— Да, — кивнула я, — всё верно.

Следователь неизвестно чему улыбнулся и продолжил:

— Итак, чуть больше месяца назад вам позвонил некто Карлов Игнат Мефодьевич и сообщил, что ваш батюшка скончался.

— Да.

— Ну, на этом мои познания заканчиваются, — развел руками мужчина и уселся на край стола.

Я только сейчас разглядела его одежду, на что не обратила внимания в самом начале. Следователь был одет по гражданке: в простые черные джинсы да черную рубашку с короткими рукавами, что еще больше придавало ему сходство с его звездным двойником.

Наткнувшись на внимательный взгляд следователя, я вспомнила, где я и зачем нахожусь.

— Игорь Аркадьевич, я даже и не знаю, что еще могу добавить к уже сказанному вами. До недавнего времени я была уверена в том, что мой отец и есть мой родной отец! Извините за каламбур. И только после известия от нотариуса, что мой кровный отец оставил мне наследство, я поговорила со своей матерью. Она мне призналась, что Борис Павлович в свое время был большим начальником и к тому же женат. И что именно он нас бросил, приказав маме держаться от него подальше, а иначе отсудит у нее меня и заберет себе на воспитание.

— М-да, не густо! — задумчиво потер следователь подбородок. — Ну что ж, немного подправлю известные вам факты. Павлов не был бизнесменом, как не был и большим чиновником, ну и, собственно, не был женат! Ваш отец, Мария, был «вором в законе», более того — авторитетным! А им, как известно, запрещено иметь семью и детей. Семья отнимает на себя внимание и является слабым местом, через нее его могут шантажировать.

Я слушала, открыв рот, понимая, что мой стройный и уютный мирок летит в тартарары. И что я, оказывается, дочь авторитетного вора в законе!

— Так что, Мария, — вернул меня в настоящее голос следователя, материальное благополучие вашего отца было построено на… не очень честных доходах, — немного смягчил мужчина формулировку.