Капкан для саламандры

По белоснежному шелку подушки рассыпалась знакомая мне рыжая волна волос. А чуть ниже белизну белья портило расплывающееся бордовое пятно. В воздухе висел знакомый соленый запах.

— Вызывай стражей, — строго приказала я Веренсу.

— Лучше сразу вестника в столичное управление слать, — вздохнув, добавила мрачная Мадам, прежде чем привратник успел даже дернуться.

Я бросила на нее недоуменный взгляд.

— Знаю, как ты ценишь своих девочек, но будем честны — столица не станет выезжать на убийство шлюхи, — заметила нейтрально.

— Ты, конечно, права, — спокойно возразили мне. — Если не брать во внимание, кто был ее последним клиентом. Не узнала его?

— Я должна знать в лицо всех престарелых ловеласов империи? — хмуро фыркнула в ответ.

— Это был заместитель министра сельского хозяйства, — устало вздохнула женщина. — Каждый год приезжает на побережье отдохнуть с семьей.

Мда… Повысила Мадам конкурентоспособность.

— Пиши столичным, — подтвердила я Веренсу.

***

Через час все клиенты были с извинениями выставлены, хотя я была против — все равно придется выдать их имена для допросов.

Но Мадам пожелала хоть попытаться спасти репутацию заведения. Перепуганные девочки были собраны в большой зале, уже прилично одетые и без косметики. Кто-то плакал, кто-то просто переминался, не зная, куда себя деть. Я пристально следила за ними, надеясь, что, возможно, кто-то будет вести себя подозрительно. Но пока ничего.

Ближе к рассвету послышался стук во входную дверь и отдаленные голоса.

На вошедших представителей управления из столицы я поначалу не обратила внимания — мы с Мадам обсуждали возможную связь краж и убийства в углу комнаты.

Но знакомый голос заставил замереть, оборвав себя на полуслове, и медленно обернуться.

— Старший следователь Вайнн Матэмхейн. Что у вас произошло?

Да, это просто издевательство богов какое-то! С искренним возмущением смотрела я на крупную фигуру блондина в дверном проеме. В столице другие следователи перевелись, что ли? Или он просто на все лето назначен выездным?

Льдисто-голубые глаза тем временем быстро осмотрели помещение, задержались на мгновение на Мадам и, наконец, уперлись в меня.

Даже со своего места я видела, как зрачки мужчины удивленно расширились, а лицо мгновенно приняло более суровое выражение.

— Флора? Вы что здесь делаете?

Обреченно вздохнув, на мгновение прикрыла глаза, и честно призналась.

— Работаю.

В комнате повисла тишина. Глаза ледяного напротив потемнели, а челюсть подозрительно напряглась.