Легенды Пятиречья

Над водяным окошком в низине трещали крыльями большие стрекозы, старая жаба неторопливо ловила комаров.

Амаддариэл чуть повернул голову в сторону гор и прикрыл глаза, прислушиваясь: конечно, он и с открытыми глазами неплохо слышал, но для него краски всегда были продолжением звука, а звук лучился сочными радужными оттенками. И когда ему нужно было уделить одному из чувств особое внимание, он лишал себя другого чувства: сворачивал уши или закрывал глаза.

Так, кто-то шуршит в траве. Не то. Дятел ищет себе пропитание, белочка быстрыми лапками перебирает чешуйки шишки.

Не то. Дыхание большого зверя, напуганного пришельцами… Уши его еще немного вытянулись, скрутившись, как морская раковина. Ага. Вот оно. Стук копыт, гасимый мягкой почвой, дыхание лошадей, позвякивание сбруи. Звук шагов. Сайлус идет пешком, но лошади нагружены. Значит, воду он нашел.

Амаддариэл достал из котомки котелок, вылил в него оставшуюся во фляжке воду и поставил на огонь. Любопытная стрекоза присела ему на плечо. Правитель скосил на нее глаза, но прогонять не стал.

Движения его замедлились и стали более плавными. Блестящая зеленая гостья мягко покачивалась, наблюдая, как он режет крепко просоленное мясо, опускает его в закипающую воду и отмеряет гречку.

- Гляжу, у вас появилась компания, - пошутил Сайлус и принялся разгружать лошадей. – Это ваше?

Травник бросил правителю стянутый веревками мешочек. Правитель поймал его в воздухе, ощутив внутри что-то мягкое. Его носа достиг приятный запах сдобы.

- Пирожки, - удивленно сказал он, распустив завязки.

– Наверное, Тоня постаралась.

- Кто?

- Дочка твоего друга, Тивелия.

- А-а. Ну да, ну да. С чем пирожки-то?

Амаддариэл разломил один, понюхал.

- С черемухой.

- С че… с чем?

- С черемухой.

- Это как она умудрилась? – заинтересованный Сайлус подошел ближе, взял у правителя половинку пирожка. – Каждую ягодку обскабливала? Там же косточки больше, чем мякоти.

- Выдумаешь тоже. В Элагиеве черемуху сушат, а потом муку из нее делают. Ты попробуй начинку, сразу поймешь, что с косточками.

Травник тут же подцепил пальцем черноватую каплю.

- М-м-м. Действительно. Как интересно. А я-то думал, я все о растениях и их применениях знаю.

- Все не знает никто, - ответил правитель, раздеваясь. – Не поможешь? А то каша скоро сварится.

Травник откупорил большой бурдюк и стал выпускать воду тонкой струйкой. Амаддариэл плескался и фыркал, натирал тело и волосы мыльным корнем. Нет, пены это растение не давало никакой, но кожу отмывало до скрипа.