Дикая магия. Игрушка темного принца

– Я не умею… – я замотала головой, не желая практиковать на Карпове «темное соединение» и знакомиться лично с его тараканами. Мне своих хватает!

– Я все сделаю сам, расслабься, – его размеренный голос убаюкивал, гипнотизировал… и я закрыла глаза. – Я тебя приглашу… Впущу в свою голову… Постарайся не бояться и ни о чем не думать, ладно?

Зачем-то я набрала побольше воздуха и коротко кивнула. И сразу же почувствовала, как холодной пустынной змейкой мое сознание проскользнуло на незнакомую территорию. По телу пробежали мурашки, сердце кольнуло адреналином.

Моя рука была не моей. Мужской. С длинными пальцами и обручальным кольцом на одном из них. Я сразу узнала эту руку, она принадлежала Андрею. И сейчас крепко сжимала чью-то худенькую безвольную ладошку. Я чувствовала, как от бархатной кожи идет жар.

Тонкая ручка с крошечными, чуть ли не детскими пальчиками, соединялась с телом девушки, лежавшей на большой двуспальной кровати.

– Посиди со мной, Андрюша, – вдруг произнесла девушка искусанными пухлыми губками и на секунду скривилась от настигшей ее болевой волны. Охнула, но собралась с духом и улыбнулась. – Вижу, что тебе тяжело. Но хоть немного, ладно?

– Посижу, – сиплый мужской голос вышел будто бы из меня.

Она обхватила его-мою руку и прижала ладонью к своей щеке.

– Я хочу тебе что-то рассказать… Мне было видение. Я сегодня тебя покину, – девушка слегка задыхалась, на лице проступили капельки пота. – Стой, стой, не спорь и помолчи. Дослушай.

– Перестань, Эми. Не говори ерунду. Кюхель сказал, два месяца, не меньше, – срывающимся голосом перебил ее Карпов.

– Кюхель – не Честер, – горько усмехнулась Эмилия. Это, разумеется, была она. – Похоже, дар рода во мне все-таки проснулся… Уважил напоследок.

– Легенды, – скептически повторил Андрей. – Что ты видела?

– Свою Судьбу… Твою… Ее… Я видела все, – с загадочной улыбкой прошептала молодая женщина. – И теперь знаю, почему ты не смог меня полюбить. Мы не были предназначены друг другу. Так бывает. Моя судьба – уйти молодой. Мой путь оканчивается здесь, в этой точке. И он не напрасен. Не бессмыслен. От осознания этого мне становится легче, светлее.