Моя ручная тьма

Я добрался до своей каморки, где меня уже ждала Грета. Ворча, помогла мне раздеться и принялась смазывать целебным составом. За эти дни я так к нему привык, что уже не ощущал ни вони, ни жжения. Лежал безучастно и лишь переворачивался, когда Грета просила.

— Да уж, лютует хозяйка. Давно у нее игрушек не было, вот и дорвалась.

— Я не первый? — спросил слабо, хотя по большому счету, мне было все равно.

— Пф, я уже и не помню, какой по счету. Сначала она на слугах отрывалась, но лир Алантар ей запретил. Слуги не невольники, их родственникам нужно потом отступные немаленькие платить за погибшего родственника.

— И сколько они продержались?

— Да кто как. Некоторые и недели не прожили, самый стойкий пару месяцев протянул.

Пара месяцев? Это что же, два месяца мучиться, а потом все равно умереть? Может, разозлить госпожу настолько, чтобы она меня от злости просто убила, и дело с концом?

Видимо, мысли отразились у меня на лице, потому что Грета затрясла головой.

— И думать не смей. Если хозяйка это поймет, специально будет мучить сильнее и дольше. Вольет в тебя зелье, которое продлевает мучения, но не убивает, и будешь годами кровью харкать. С ней лучше не ссориться.

Закрыл глаза в отчаянии. Может, сбежать? Какая разница, где умирать — на алтаре Ллос или тут, у ног госпожи? Лишь одно останавливало меня от побега: хозяйка и правда могла растянуть мучения до бесконечности, а поймают меня в лесах быстро. Придется терпеть. Хотя только Ллос знает, сколько я еще вытерплю.

Глава 5

Утром меня не накормили. Словно вообще забыли о моем существовании. Хотел хотя бы напиться, но к ужасу обнаружил, что и воду мне перекрыли. А ведь я не пил со вчерашнего вечера. Во рту было сухо, как в пустыне. Булочки, которые я припас, не смогли утолить голод, а жажду разожгли еще сильнее.

Ближе к обеду пришла Грета, принесла какой-то флакон и сверток.

— Пей, — подала бутылек, и я жадно опустошил его, даже не задумавшись, что это такое. На пару мгновений полегчало, а потом внутри словно полыхнуло пламя.

— Что это? — спросил, хрипя. Ощущения были не из приятных, правда, уже утихали.

— Не знаю. Я не лезу в дела хозяев, — пожала плечами гномка. — Вот, надень, будешь прислуживать на обеде в этом. — Она протянула мне сверток и вышла.

Развернул и чуть не подавился.