Тень

Любопытство не порок, а большое свинство! Это золотое правило я усвоила на собственной шкуре, поэтому желание хоть одним глазком взглянуть, что происходит в кустах, задавила на корню. Вот не нужны мне эти знания! Не нужны, и точка! Тем более, чего я там не видела...

Народ был явно занят, копошась и ползая в зарослях кустарника. Изредка высовывая на свет какую-либо часть тела, слава духам, не отделенную от туловища. А я все стояла и боялась пошевелиться, лишь изредка переминаясь с ноги на ногу. Странно, но из головы не шла одна единственная мысль —мелкие неглубокие царапины на левой щеке убитого.

«Женщина», — мелькнуло в голове, но озвучивать данное утверждение я не стала, лишь тихонько повернулась в сторону дома и медленно, но верно побрела по узкой, вытоптанной колее.

Глава 19. Прощай свобода.

Не успела я сделать и пары шагов, как кое-кто наглый и отчего-то очень злой догнал меня и остановил.

— Далеко собралась? — упрямо вздернутый подбородок и сжатые в кулак руки говорили о многом.

— Дорогой хозяин, здесь теней на квадратный метр больше, чем во всем Ардвейне!

— И именно в связи с этим фактом ты решила удалиться не прощаясь?

— Мне просто необходимо побыть одной, осмыслить увиденное и сделать выводы! — воскликнула, намереваясь избавиться от навязанного общества.

— Произошло убийство.

— Я помню, — хмыкнула.

— Ты ценный свидетель, и одну я больше тебя не оставлю, — суровый взгляд замер на моих губах.

— Андрес, насколько я помню у нас договор… — меня нагло прервали, не позволяя закончить начатую речь.

— Тень, ты понимаешь, что я почувствовал, услышав вопль несчастного мага?

— Боль, страх, — меланхолично предположила.

— Всепоглощающий ужас! На месте этого несчастного могла бы быть ты, не задержи тебя Коран, и прибудь я минутой позже. Знаешь ли, для слетевшей с катушек тени мы все лишь источник пищи. Я сомневаюсь, что из-за «родственных» связей или по причине «фу, я такое не ем!» она бы тебя пощадила!

— Не драматизируй! Мы, даже в период нестабильности, себе подобных не пьем! — хотелось бы верить в собственные слова.

Но, увы, я прекрасно знала — разницы между выгоревшими и одаренными для воспаленного сознания не существует. Кажется, моя так называемая свобода грозится быть погребенной под тяжестью медной, всемирно известной посудины. Но я также знала и другое — без борьбы я не сдамся, такова моя натура, да и счастье было так близко!

— Тенька, твое место рядом со мной.