Белая Леди

- Ага, - удовлетворенно произнес Дея. – Только слепой не заметил бы, какое у него необычное лицо, правда? Все алеанцы седые. У большинства фиолетовый цвет глаз, но Тиннок исключение. Хотя он чистокровный. Его принесли на эти земли грудным ребенком, быть может, поэтому он сумел овладеть магией Стихий, когда другие оказались бездарны. Без связи с драконами они стали хилыми и быстро погибли. По этой причине Тинноку разрешили оставить дочь и даже сделать ее Белой Леди – силы погибшей страны должны были ожить в ней, как увидел Белый Лорд.

 

Дильвор прошагал к Инорэ и, сделав вид, что потянулся за колбой, негромко сказал ей на ухо.

- Именно поэтому я ему не верю. 

- А теперь приступим! – объявил Дильвор, повернувшись к целителям. 

Вскоре каждый был занят делом. Дильвор облачился в трудно повреждаемую одежду, предназначавшуюся для проведения опытов, и теперь колдовал в Марлой над ретортой. Инорэ смутно поняла, что они пытались изучать свойства крови пораженного болезнью. В этом будто бы можно было разыскать ответ.

Половины тех фраз, которыми обменивались Дильвор и Марла Инорэ не понимала. Она вылетела из школы в начале обучения и готовилась вовсе не в ученые. А ее соперница, должно быть, просидела в библиотеке всю жизнь. 

Инорэ нигде себе не смогла найти занятия и, наконец, вышла в сад, располагавшийся прямо около здания. По оставленным тут надписям девушка поняла, что в этом месте, в самом деле, когда-то был госпиталь. От стражи она узнала, что почти весь город эвакуировали в связи с эпидемией.

Теперь тут располагались войска и центр по изучению болезни. Сама сухачка бушевала к югу, где уже выкосила пару поселений. 

Инорэ опустилась на мраморную скамейку у фонтана, где, наверное, еще недавно отдыхали поправлявшие здоровье жители. Девушка посмотрела в небо и задала себе вопрос: «Что она делает тут? Как это все должно было привести ее к тому, чтобы сделаться или не сделаться Белой Леди? Что если она подхватит эту сухачку?» Инорэ вдруг стало очень грустно, и вспомнилась ее семья.

Пускай мать и сказала, что она больше не хочет слышать о своей непутевой дочери, но разве ей не больно будет, когда она узнает, что Инорэ сгинула на юго-восточных рубежах, сражаясь вообще не пойми за что?

Вдруг кто-то поблизости закурил шек. Претендентка опустила голову и увидела Марлу.

- Ты что, тоже пристрастилась к этой дряни? – удивилась Инорэ.

- Он неплохо расслабляет, - виновато произнесла соперница, разгоняя дым. – Я не спала уже два дня.