Мотылёк в логове чудовища

Легкое одеяло почти не давало тепла, а сон был некрепок. Слишком болела спина.

А ночью он проснулся от странных звуков. На что они похожи? Он давно не слышал ничего подобного. Привык жить один. И ни собаку ни кошку не заводил. У горбуна не может быть друзей. И всё-таки в ночи раздавались какие-то звуки. Словно кто-то всхлипывал. Рыдал в его доме? Пико встал и похромал в кухню.

В углу у печи, скрючившись рыдала девушка. Кружка с чаем была не тронута. Суп на столе остыл. Почему-то он не разозлился. Только что-то зашевелилось в заржавленной душе.

Он похромал к девушке. Она уползла ещё глубже, сжалась в угол, словно стараясь стать ещё незаметнее, чем была. Но она не подходила этому уродливому дому, так как свет не спрячешь в темноте. При звуке его шагов девушка закрыла лицо руками. Пико подошёл к ней.

- Почему ты плачешь? – Слова с трудом срывались с губ. Он отвык говорить. Не было желающих общаться с горбуном. Но ему было интересно. Почему она плачет? Он не плакал никогда. Не умел.

Она отняла руки от лица. Наверное, в темноте она не видит его, а он различал её силуэт. И ещё вдруг тонкий запах пробился в ноздри. Такой слабый, цветочный, манящий. Он напоминал о лете и полевых травах. А она сидела и молчала. Просто смотрела  в темноту, на него. Он думал, что она не ответит. Но она заговорила. И голос колокольчиками рассыпался по его дому. Ему даже показалось что его каморка прислушивается к небывалым звукам.

- Я боюсь, - она тихо всхлипнула. И тут же в испуге зажала рот руками и вздрогнула.

Такая тоненькая и маленькая, словно тростиночка. Он мог бы если захочет, переломить её одной рукой. Мотылёк, попавший в лапы пауку.

Он не знал, что сказать. Не умел успокаивать. Только подвинул ей кружку.

- Пей. Это чай.

В этот раз она взяла кружку, поднесла к губам и выпила почти всю. А он встал и вернулся в свою комнату. Снова устроился на кровати, поворочался немного, да так и не уснул до утра. Лежал и смотрел в потолок.

Юлла

Ей было страшно.

До безумия. Казалось, хуже в жизни уже ничего не будет. Грязная закопченная комната, которая больше походила на пещеру, страшный хозяин. От ужаса её трясло и слёзы текли и текли по щекам, без остановки. Но теперь она плакала беззвучно, боялась разбудить его.

А всё было так хорошо. Яркий залитый огнями дом, весёлый отец с матерью. Они ушли за неделю, сгорели от страшной лихорадки, что пришла в тот год. Выжила только она и Джаред, старший брат.