Мотылёк в логове чудовища

И даже от этого взгляда ему становилось теплее. Так, словно на улице его не ждал холодный дождь и пронизывающий ветер и не предстояла дальняя прогулка под этим дождём.

У сарая он собрал шкурки, уложил в мешок и направился вперёд в лес. Охотничий домик стоял почти на самой границе леса, считай возле дороги, что вела в столицу. Пико не был там с того самого памятного дня, как король решил позабавиться и привёз его на охоту. И целый век бы ещё не был! Но Пико вдруг понял, что если Юлла попросит его, он и в город поедет.

Пико вздохнул. Непривычные мысли были слишком тяжелы для него. Он даже осознавал иной раз, что думать о таком пристало лишь господам, а не ему. У знати были свои права, такие, что ему и не нужны, пожалуй. И только вот сейчас Пико пожалел об этом. Не о своей внешности – в первый раз, а о том, что не имел титула и образования. Он много не мог понять, хоть, пожалуй, и догадывался.

Он снова вздохнул, хоть и не привык долго печалиться. Все его мысли заняты были будущей встречей с охотниками. Не сказать, что они были добры к нему, но не насмешничали и, пожалуй, даже немного уважали по-своему. Они были людьми простыми и тоже больше любили лес, чем город, а ещё, пожалуй, не обращали внимания на его уродство. Не так, как остальные. Пико это остро чувствовал. Всё-таки лес делает людей добрее. А в обществе себе подобных человек наоборот становится похожим на дикого зверя.

Дорога через лес предстояла долгая, но Пико привык ходить пешком, а ещё он знал, что придётся подождать. Обычно охотники сразу давали ему еды за шкурки, но сейчас он ведь просил чего-то необычного, а раз так – то, верно, кто-то из них отправится в город, чтобы это всё ему купить. А значит придётся ждать, пока он вернётся. Но Пико думал не об этом. Ему вдруг представилось, как будет рада Юлла тому, что он принесёт.

При мысли об этом на сердце у Пико стало вдруг тепло. Так, словно сейчас светило солнце и был погожий летний день. В его берлоге появился мотылёк, что согревает своим присутствием одинокую берлогу. Пико старался не думать, что будет, когда мотылёк упорхнёт.