Измена. Невеста лорда-дракона

Я зажмурился, позволив себе на несколько мгновений погрузиться в темно синюю глубину, а когда вынырнул, почувствовал на себе внимательный, напряженный взгляд.

Моя ментальная магия обнаружила в окрестностях несколько разумных существ, но на ближайшее из них, как ни странно, я не мог воздействовать. Там стояли такие плотные и высокие щиты, которые явно имели природное происхождение, что я безошибочно определил в своем наблюдателе темного эльфа. Вокруг него не было ауры враждебности, но, несмотря на это, я предпочел уничтожить врага прежде, чем у него появится возможность напасть на меня.

Порывом магии тьмы я с силой толкнул своего неожиданного противника в спину, и тот с тихим всплеском свалился в воду и мгновенно скрылся в прозрачных водах. Не дав ему всплыть, я создал в озере вихрь, который потянул эльфа на дно. У меня не было ни капли сомнений в своих действиях. Война показала, что ни эльфы, ни шанары не ведали жалости, когда им удавалось одолеть одного из нас. Их вела жажда крови, неутолимая и яростная, поэтому драконы предпочитали не сдаваться им живыми.

Выбравшись из воды, я продолжил топить своего противника. Холодно, цинично и расчетливо, с удовлетворением наблюдая при помощи магии тьмы, как чужое сердце начало замедляться. Эльф сопротивлялся, отчаянно цепляясь за жизнь, но против меня у меня не было ни единого шанса.

На миг над поверхностью озера показалась темноволосая макушка, и меня впервые кольнуло сомнение. Густая шевелюра растрепалась и облепила лицо, но что-то в нем было не так.

Страх, злость, замешательство.

Отчаянное желание жить.

И боль. Такая сильная, что мое собственное сердце будто сдавила когтистая лапа. Я сделал судорожный вдох, пытаясь справиться с нахлынувшими на меня чужими эмоциями. И среди вороха разрозненных чувств неожиданно обнаружил одно – я, определенно, понравился этому эльфу, пока он наблюдал за мной. И если в этой голове и были мысли о моем убийстве, то явно где-то очень глубоко.

Пока я копался в чужих эмоциях, мой противник окончательно ослабел. Сердце практически не билось, мысли вяло ворочались в голове. Там было так много сожалений, что я, закусив губу и зарычав на собственную глупость и мягкость, снова нырнул в воду.

Надо быть полным идиотом, чтобы пытаться спасти своего врага. Но я, по мнению Лориана, никогда не отличался умом.