Сны о красном мире

Существовала вероятность того, что организм сам найдет путь к исцелению. Оставалось только ждать. Ждать и верить, что последствия вмешательства Сарка не будут слишком опасны. Кайл осторожно провел рукой по волосам Милии, в которых, как мелкая рыбешка в сетях, запутались песчинки, и легонько прикоснулся губами к испачканному лбу. Веки с длинными ресницами, обведенными черно-синими кругами, вздрогнули, и Солар испугался. Что он скажет? Как сможет смотреть в глаза той, которую обещал защищать? Как оправдается перед ней за то, что ей пришлось пережить?

— Спи, — прошептал он и коснулся вздрагивающих век, — спи, моя…

Запретное чувство, постыдный зов плоти.

Прикасаться к ней было настоящей пыткой с того, самого первого, утра в Тени, а сейчас, когда она так волнующе близка… Руки сами собой нащупали завязки на плаще Милии, распустили их, убрали волосы с плеча. Кайл наклонился и запечатлел поцелуй там, где стояло клеймо отверженных, которое не могла скрыть полупрозрачная ткань. 

— Девочка моя, я причинил тебе столько боли, — прошептал он, уткнувшись носом в теплую шею.

Милия пошевелилась. Кайл выпрямился, и голова девушки откинулась назад. Полуоткрытые губы словно выпрашивали поцелуй — удержаться было невозможно. Она ответила, потянулась, обхватывая руками его шею, и вдруг задрожала, стала вырываться, а из-под сомкнутых век покатились слезы.

— Отпусти, отпусти, — твердила она как в бреду, не открывая глаз. Боялась увидеть его лицо? И Кайла обожгло: он понял, почему Сарк так легко проник в ее сознание — Мастер Иллюзий выдал себя за него.

— Милия, — позвал он. — Милия, посмотри на меня. Это я! Это Анжей! Все кончилось.

Она так яростно отбивалась, что ему пришлось применить силу. Схватив девушку, Кайл резко развернул ее лицом к себе — не глаза, а озера, полные ужаса.

— Милия, успокойся, его нет. Сарка здесь нет.

Она не реагировала. Смотрела, не моргая, и ждала новых мук. 

— Прости, — проговорил он и ударил ее по лицу. Наверное, перестарался, не рассчитал, потому что из носа девушки пошла кровь, но взгляд стал более осмысленным.

— Все, тише. Это я, Кайл Анжей Солар. Помнишь меня? Помнишь, как тащила меня на спине в свой дом?

— Анжей… — произнесла она. — И вовсе не тащила, ты… вы старались идти самостоятельно.

— Ты в порядке?

— Нет, не совсем. У меня такое чувство, как будто… — подбородок снова задрожал, но она справилась, проглотила рвущиеся наружу слезы и даже попыталась улыбнуться. — Вы просто хам, господин Солар.