Наследие Сири

Я вернулась в спальню и заглянула в ящик – он был новым, резным, похожим на сундук, обитый ленточками железа. Открыв его, я увидела там свои вещи.

- Я же сказал, Сири, теперь это наш дом. И ты в него вошла, - он подал мне кружку и продолжал улыбаться.

- Чей наш, и почему здесь мои вещи? Я здесь буду жить?

- Мы с тобой здесь будем жить, Сири. Ты только что приняла мое предложение, и ты моя жена.

- Как это приняла предложение, ничего я не принимала, - с одной стороны я была в шоке, но какой-то частичкой души я представила, что здесь мы будем жить вдвоем, и мне эта мысль понравилась.

- Я сказал: «Теперь это наш дом».

- Сказал, и что?

- У нас это значит, что я сделал тебе предложение, а ты вошла в него, значит ты согласна.

- Драс, но ведь я не знала, что это значит!

- Ты выйди сейчас и скажи всем этим людям, что ты не знала, что здесь вот так… ага, и жди, что они тебе поверят. Ведь ты уже выходила замуж за Бора, и все это знают.

- Но я же с ним не развелась!

- Сири, у нас не разводятся. Вообще.

Ваш случай с Браном первый. Мы говорили с Севаром и с Браном, мы советовались со старейшинами. Все решили, что раз ты не живешь с ним, он тоже не переживает по этому поводу, значит, вы свободны.

- Офигеть. Я села на край лавки. Драс сел рядом. С улицы кто-то захлопнул дверь. Мы остались вдвоем. Толпа людей удалялась. Я слышала, как закрыли ворота. И мне не хотелось вставать. Я слушала себя, и повторяла про себя слова одного мудрого человека: «Ты хочешь быть правой или счастливой?»

Я поставила кружку на стол и повернулась к Драсу, который был, похоже, растерян сейчас и думал, что все было зря, как и все эти годы – его ожидания и надежды.

Он смотрел в окно, где факелы освещали улицу, где начинался снежок.

- Драс, я согласна, только учти, если мне не понравится, как ты целуешься, я за себя не отвечаю, - я видела, как его глаза расширяются, пока он медленно поворачивал ко мне голову, словно боясь резким движением спугнуть удачу.

- Сири, я даже разбираться не буду, что ты там сказала после «я согласна», - и он, наконец, поцеловал меня.

Поцеловал меня так, словно ждал этого вечность. В эту секунду я поняла, что ждала его, что была спокойна потому что он все равно рядом. И просто представив, что его могло не оказаться после моего возвращения с юга, мне стало грустно. Я сама обняла его.

- Драс, это самый лучший подарок. Ты просто не представляешь – как я рада, хоть и все решил за меня, - прошептала я, как только он отпустил меня.