Наследие Сири

Но не было той радости, и я понимала, что причиной был Драс, который вел себя теперь как все дружинники – разговаривал со мной только по делу, держался далеко, или ехал в телеге с Ваалом.

Ваала связали и привязали к телеге, накрыв шкурой. Ему не разрешали говорить с людьми, и не спускали с него глаз. Я ехала верхом большую часть дороги, но на этот раз это было не так интересно, как за разговорами с Драсом.

В Уклам мы заехали вдвоем с Драсом, Ваал не должен был видеть деревни, он ехал с завязанными глазами. Мало того, Драс предложил по прибытию на место покружить его еще несколько часов по лесу и вернуться – он должен думать, что путь до места не имеет остановок и деревень.

Севар предложил остаться с ночевкой, чтобы не выходить в ночь. Драс согласился, ну а я была против – нужно было быстрее добраться до места. Какой-то адекватной частью мозга я понимала, что логичнее переночевать в безопасности, но я боялась начала снегопада, когда дорогу развезет, и придется тащиться кое-как с полными телегами.

Драс согласился со мной, мы погрузили связанных овец в телегу, которую вывел Севар. А еще, он вывел мою Фрейю, ее было не узнать – хромоногая лошадка, что шла на мясо теперь имела шелковую черную гриву и норов, как заверил нас Севар. Мы тронулись по ощущениям не раньше семи вечера – солнце уже село. Было морозно, в часе езды от деревни нас ждали дружинники с телегами. Я проверила Ваала – он спал, или отлично притворялся.

К ночи мы валились с ног, и лошади устали. Организовали лагерь, разожгли костры, лошадей поставили в круг огня, привязав к телегам.

Я смотрела на звезды лежа в телеге, прижавшись к спинам овец и укрывшись одеялом. Небо было черным и матовым, как сукно. Здесь были те же созвездия. Я думала о том, что нужно извиниться перед Драсом за свое недоверие. Вдруг овцы забеспокоились, потом начали фыркать лошади.

Дружинники запалили больше огней, встали вокруг телег. Волки подходили с двух сторон, и совершенно не боялись огня. Я лежала и мечтала о хорошем таком, надежном автомате, или даже о пулемете. Мне снова велели не вставать, и на этот раз я решила послушаться. Мы с овцами, похоже, успокаивали друг друга – я их поглаживала и шепотом пела, а они вздрагивали в такт каждого шороха.