Сын ведьмы

Божественный виноградный нектар засветился в его лучах чудным янтарным цветом.

Семён воровато оглянулся, но место было укромное – правильно разведчик выбрал точку. Семён осторожно принял тяжёлый сосуд, правой рукой прижал к груди, левой вынул тугую пробку. Аромат говорил всё!

– Даже пробовать не буду – это чудо, – с наслаждением понюхал пробку гурман. – Я до армии служил приказчиком в винной лавке, толк в хороших напитках знаю. Чего просишь? Подделать твой наградной лист? Я согласен, это восстановит в мире попранную чужой рукой справедливость.

– За напрасную смерть казаков награды не приму! – решительно замотал головой Алексей. – Дядька Семён, запиши меня в санитары. Я должен в искупление спасти сто солдатских жизней.

– Эх, этот юношеский романтический максимализм, – обнимая ценную бутыль, подсчитывал уже прибыль бывший приказчик. Семён себя уже давно в душе ощущал старым скептиком.

– В любой профессии есть свои мастера, – польстил клерку Алексей. – В полку тебя уважают.

– Вот это называется – уважают!!! – потряс бутылью мастер эпистолярных дел. – Другие за понюшку табака норовят запрячь.

– Ладно, пойду я, небось, фельдфебель жутко на меня серчает.

– Считай, что вторую жалобу от Зыкова я уже потерял, – хитро подмигнул штабник. – Ты, Алёшка, не беспокойся – через час сам тебя разыщу и приказ о переводе вручу.

Семён любовно погладил ценную бутыль, поднял к солнцу, залюбовался игрой цвета. Оглянулся на казака, но говорить уже было не с кем. Паренёк бесшумно исчез. Как смог разведчик, не произведя ни звука, перемахнуть через покосившийся скрипучий забор – загадка.

Через пять минут Алексей уже предстал перед разъярённым фельдфебелем Зыковым.

– Явился, ещё один сын степи! – потрясая кулаком у лица казака, бушевал дородный детина. Фельдфебелю очень уж хотелось двинуть казачка в наглую невозмутимую морду, но пыл крикуна охлаждали кобура с револьвером на боку «охотника» и его уверенный взгляд.