Дитя моря и света

— То есть для нищебродов, — фыркнула Зела.

Аля подумала, что, если бы родители не принесли ей вещи, она бы носила именно такую одежду. Зела, выбравшая кровать у окна, позвала ее:

— Давай рядом со мной.

Аля расположилась по соседству и, едва куратор ушла, бегом бросилась в туалет. Когда Аля, почти счастливая, вошла в комнату, заиграла музыка.

— Ужин, — опять сказала блондинка. Оказалось, что она уже училась здесь и потому неплохо знает распорядок.

Вернулась Марго и показала Але комнату для животных, потом девушки спустились в общий зал.

Он не имел ничего общего со столовой в приюте, даже пахло тут совсем иначе. Большие столы стояли один за другим в несколько рядов. На сенсоре можно было выбрать себе блюдо, и оно через несколько минут поднималось на поверхность. Аля уже видела такой в аэропорту.

Все Алины соседки сели вместе. Зела выбрала какую-то воздушную массу с фруктами.

— Не люблю наедаться на ночь, — пояснила она.

Аля последовала ее примеру. Зато другие девушки не отказывали себе в удовольствии и заказали сразу по несколько блюд.

Что-то на шпажках, с хрустящей корочкой, политое соусом фиолетового цвета, взяли почти все. Когда запахло жареным мясом, Аля очень пожалела о своем решении: на Вилларде она еще ни разу не ела мяса. В Элландии практиковалось веганство.

— Давайте знакомиться, — предложила блондинка и представилась первой: — Я Арсения.

Она не была красивой, но казалась вполне себе милой с ямочками на щеках и веснушками. Она выжидающе посмотрела на девушку напротив.

— Лия, — коротко ответила та. Голос оказался низким, грудным. Ее каштановые волосы доходили до плеч, глаза были густо подведены черным.

Зела и Аля тоже назвали свои имена.

— А я Виолетта, — представилась последняя девушка с короткими рыжими волосами, торчащими в разные стороны. Она напоминала колокольчик. У Виолетты оказался звонкий голосок, что только усиливало это сходство.

— Зачем ты вернулась в институт? — обратилась Зела к Арсении.

— Хочу получить другой талант, — она пожала плечами, — тот, который у меня есть, надоел.

— И какой же у тебя есть? — спросила Лия, глядя на нее из-под волос.

— Я неплохо пою. Но хочется чего-то посерьезнее! — говоря, она жестикулировала шпажкой.

— А мне кажется, это прекрасно ― красиво петь, — мечтательно вздохнула Виолетта. ― Вот бы мне такой талант!

— Дарю, — улыбнулась Арсения.

Они заговорили о способностях. Как оказалось, не одна Аля понятия не имела, чего хочет и на что способна.